Фотокорреспонденты Великой Отечественной войны делали снимки под обстрелами и бомбежками, в окопах, на кораблях и аэродромах. А еще запечатлевали повседневную жизнь — в партизанских отрядах, осажденных городах и в тылу. Эти работы вошли в историю мирового фотоискусства и обвинительные материалы Нюрнбергского процесса. Портал «Культура.РФ» представляет на своих страницах материал Ирины Толкачевой — искусствоведа, историка фотографии, члена жюри Международного фотоконкурса и фестиваля «Свет и цвет» о самых значимых фотографиях Великой Отечественной войны.

Георгий Зельма
Награда патриоту (Юго-Западный фронт).
1943 год

Во время учебы Георгий Зельма посещал школьный фотоклуб и студию пролетарских фильмов «Пролеткино», где осваивал профессию оператора. В 1920-х годах снимал жизнь в Средней Азии, документировал традиции и обычаи, работал на шахтах и в колхозах. Во время войны снимал Битву за Сталинград и создал фотохронику боев за город, а после фотографировал сражения в Молдавии, на Украине, оборону Одессы.

Этот снимок опубликовали в «Огоньке». В 1944 году Георгию Зельме написал директор одного из уральских заводов. Он узнал на фото своего отца Михаила Помпика. Зельма вспоминал: «Снимок этот известен широко, был на многих выставках — генерал прикрепляет медаль на груди бородатого старика. Это и есть герой, Михаил Помпик, старый железнодорожник-стрелочник. Он проследил, куда немцы ставят мины, запомнил проходы в минных полях и показал их командирам наших наступающих частей. Через много лет после войны снова побывал я в тех местах, нашел знакомую будку стрелочника. Ее хозяина уже не было в живых, но на стене под стеклом висел дорогой мне снимок... И хотя на многих выставках он получил почетные дипломы, был напечатан в книгах, самое высокое признание — этот «стенд».

Дмитрий Бальтерманц
Горе.
2 января 1942 года

Дмитрий Бальтерманц, выпускник мехмата Московского государственного университета, отказался от академической карьеры в пользу фотожурналистики. В годы войны он запечатлел для газеты «Известия» оборону столицы, военные действия в Крыму, Сталинградскую битву. Но самым известным снимком автора стала фотография «Горе».

Во время десанта на Феодосию и Керчь в декабре 1941 года Бальтерманц сфотографировал Багеровский ров. В нем навсегда остались семь тысяч человек, расстрелянных фашистами. Также на фото попали их близкие, которые пытались найти среди погибших своих соседей, друзей и родственников. Бальтерманц вспоминал: «Сцены были ужасными. Это так меня потрясло, что все последующее стерлось в памяти».

Как и многие другие легендарные военные снимки, «Горе» опубликовали много лет спустя, в 1960-х годах, когда в Москву приехал итальянский фотограф Кайо Гарруба — он собирал материалы для выставки «Что есть человек». Фотографию Дмитрия Бальтерманца признали лучшей. Разрешение на ее публикацию запрашивали крупные мировые агентства и СМИ: «Штерн», «Пари-матч», «Лайф» и даже службы Ватикана, которые планировали использовать снимок в духовной энциклопедии как иллюстрацию человеческого горя. Выставка «Что есть человек» несколько лет ездила по разным странам.

«Вместе с ней, — вспоминал Бальтерманц, — путешествовал специальный ящик, куда посетители выставки бросали свои отзывы. И вот после того, как она закрылась, был сделан подсчет результатов, и оказалось, что этот приз зрителей достался моей фотографии. В этой же телеграмме говорилось, что мне причитается приз-премия — шесть тысяч западногерманских марок и для их получения меня приглашают на торжественное закрытие выставки, которое состоится через три дня в Гамбурге. Срок этот был невероятно коротким для оформления документов, а кроме того, даже если бы их и успели оформить, я все равно не смог бы туда поехать, так как я тогда работал на очень важном событии — Совещании коммунистических и рабочих партий в Кремле. Деньги эти я потом получал в Москве. Нужно было заполнить много разных бумаг и подписать их в нескольких инстанциях. Один из высокопоставленных чиновников, расписываясь на документе, фыркнул: «Хотел бы я видеть, что же такое нужно снять, чтобы за это капиталисты так раскошелились!» Первое желание у меня было плюнуть и уйти. Но потом я решил иначе. И на следующий день привез ему фотографию. Он вышел из-за своего громадного стола… и очень долго рассматривал снимок, потом пожал мне руку и очень почтительно проводил до дверей кабинета. Потом я несколько лет на праздники получал от него поздравительные открытки...»

Полный материал читайте на портале «Культура.РФ».