Для миллионов посетителей Эрмитаж — это прежде всего залы Зимнего дворца, но истинный масштаб великого музея сегодня скрыт в авангардных корпусах Реставрационно-хранительского центра «Старая Деревня». Здесь Эрмитаж эпохи Екатерины Великой встречается с Эрмитажем XXI века, где вековые традиции реставрации соединяются с «космическими» технологиями хранения. В интервью журналу «Наше наследие» генеральный директор Государственного Эрмитажа Михаил Борисович Пиотровский рассказывает о том, как «Старая Деревня» изменила саму философию музейного дела, превратив закрытые прежде запасники в уникальное пространство открытого диалога с посетителем.

Эрмитаж в Старой Деревне — первый в мире и единственный в России инновационный музейный комплекс, в который входят фондохранилище, выставочно-лекционный, реставрационный, инженерный и административный корпуса, построенные с использованием передовых технологий.

Фондохранилище Государственного Эрмитажа является частью глобального проекта «Большой Эрмитаж» наряду с центрами — спутниками музея. Специально спроектированное музейное пространство, самые современные системы безопасности, пожаротушения и климатического контроля, продуманная схема транспортировки экспонатов — все это создает наилучшие условия для реставрации и хранения памятников истории и культуры.

Начальник отдела Реставрационно-хранительского центра «Старая Деревня»

Владимир Добровольский

В Лаборатории биологического контроля все предметы органического происхождения, поступающие в хранилище, предварительно проходят специальную обработку. Там есть морозильные и газовые боксы и другое сверхсовременное оборудование.

Фото: Дмитрий Сермяжко

С.Б.: Михаил Борисович, как появление такого мощного культурного кластера, как «Старая Деревня», изменило Приморский район? Можно ли говорить о децентрализации культурных пространств в Петербурге?

М.П.: Для Эрмитажа нет Приморского района. Мы рассматриваем эту территорию как важную часть Петербурга. И то, что здесь происходит, — это отнюдь не районный масштаб. Здесь огромные торговые центры, библиотеки, стадион, «Лахта Центр», скоро будет Триумфальный столп памяти Петра Первого. Инфраструктура потихоньку формируется. Сюда очень удобно приезжать. И люди едут. На самом деле транспортная доступность «Старой Деревни» намного лучше, чем Эрмитажа на Дворцовой площади. Так что сегодня это значимая часть города, на формирование которой Эрмитаж оказывает серьезное влияние.

Реставрационно-хранительский центр «Старая Деревня» — это второй Эрмитаж: здесь даже больше экспонатов, есть открытое хранение с экскурсиями и лекторием. Строится громадное здание библиотеки. Рядом с библиотекой планируется сад скульптур. Даже топонимические совпадения имеются. Например, Эрмитаж — это Дворцовая площадь, а здесь — Эрмитажная площадь. Словом, помимо музейного, заложен и важный урбанистический аспект.

В настоящий момент работают десять корпусов, образующих единую архитектурную систему. Здесь реставрируется буквально все — начиная от ювелирных изделий и заканчивая каретами.

Художник-реставратор высшей категории Лаборатории научной реставрации станковой живописи Государственного Эрмитажа

Валерий Бровкин

У нас достаточно консервативная реставрационная школа. Мы в первую очередь руководствуемся тем, чтобы все реставрационные вмешательства были обратимы.

Фото: Дмитрий Сермяжко

С.Б.: РХЦ «Старая Деревня» стал первым в мире столь масштабным проектом открытого хранения. Можно ли сказать, что это окончательная победа над музейной закрытостью, когда запасники перестают быть комнатами «за семью печатями»?

М.П.: Знаете, и раньше часто говорили: «Почему у нас все в запасниках? Давайте их откроем. Пусть народ видит все, что есть». По существу, это разговор странный, так как девяносто процентов всех вещей, находящихся в универсальных музеях, не могут постоянно выставляться. У нас одной графики три миллиона единиц. Ее постоянно выставлять нельзя. Ткани, костюмы... Все это надо регулярно отдавать на экспертную оценку, отслеживать состояние. Но теперь у нас есть иерархия выставочных пространств, включающая и спутники Эрмитажа в регионах. Большой музей может себе позволить показать каждому посетителю то, что ему хочется увидеть. Картины, мебель, предметы декоративно-прикладного искусства, костюмы — выбирай, что тебе интересно. Получается, что дифференциация музейных пространств определяет дифференциацию людей по интересам. Инклюзия — понятие широкое. Не существует «просто посетителей». Все мы разные. Выбрать можно как тему, так и формат. Линейка широкая — от постоянной экспозиции до закрытых хранений, куда теперь можно попасть, но только с групповыми экскурсиями, организованными Эрмитажем.

С.Б.: Строительство и оснащение такого комплекса требует колоссальных ресурсов. А с чего начинался РХЦ «Старая Деревня»?

М.П.: Идея создания хранилища появилась еще при советской власти, в 1980-х годах. Сначала оно было задумано как большие залы фондохранилища с лабораториями и производственными мастерскими. Строить фондохранилище начала финская компания в 1990 году. Потом она остановила свою деятельность. Возведенные финнами здания долгое время были на консервации, поскольку денег на стройку не было. И начались всякие перипетии с поиском финансирования, в ходе которых, на самом деле, и родилась идея открытого хранилища. Мы стали говорить, что здесь, в Приморском районе, будет построена не просто реставрационно-хранительская база с производственными помещениями, а новый полноценный музей, в том числе для жителей района. Только когда мы поменяли концепцию, средства для продолжения стройки удалось найти.

Заведующий Лабораторией научной реставрации мебели Государственного Эрмитажа

Владимир Градов

Современные столярные инструменты работают не так хорошо, как инструменты XVIII‒XIX веков. Поэтому мы коллекционируем инструмент сами. Мы считаем, что должны сохранить не только сам предмет, но и технологическую информацию, заключенную в нем.

Фото: Дмитрий Сермяжко

С.Б.: Как сотрудники Эрмитажа отнеслись к новому месту работы?

М.П.: Ситуация менялась постепенно. Сначала никто не хотел переезжать в Приморский район. Понятно, когда есть Эрмитаж и его хранилища под рукой — это удобно и для исследовательской, и для реставрационной работы. Потом, когда все увидели, как хорошо на новом месте, какие прекрасные условия созданы для работы, отношение изменилось и даже начались споры «за территорию». Сегодня в «Старой Деревне» работает очень много сотрудников и налажена регулярная связь с Эрмитажем на Дворцовой площади. В общем, схема сложилась.

С.Б.: Михаил Борисович, третья очередь строительства фондохранилища спроектирована голландским архитектором Ремом Колхасом. Почему для Эрмитажа было важно пригласить в Петербург именно Колхаса? Какие наиболее интересные, необычные архитектурные решения здесь предусмотрены?

М.П.: Рем Колхас — мой друг, с которым мне довелось работать вместе в разных проектах. Мы строили выставочный центр Эрмитажа в Лас-Вегасе, а также осуществили важнейшую работу — реставрацию Манежа Малого Эрмитажа. Главным в этом проекте стало то, что Рем и его команда отнеслись к исторической архитектуре так же трепетно, как и мы. В «Старой Деревне» он спроектировал здание библиотеки, в котором сочетаются открытые и закрытые пространства, в том числе хранилища фресок, оружия, произведений современного искусства, а также Центр изучения текстиля, костюма и моды. Здание должно соединяться с уже построенными объектами переходной галереей над железной дорогой. По задумке Колхаса, этот переход должен стать частью формирующегося общественного пространства.

Так вышло, что по ходу стройки кое-что менялось. Например, выгнутое стекло для фасада пришлось закупать в Китае, а не там, где планировал проектировщик. Все условия по договору группа Рема Колхаса выполнила. Но вопрос подтверждения авторства проекта пока остается открытым.

Заведующий Лабораторией научной реставрации тканей и водоразмываемой живописи Государственного Эрмитажа

Марина Денисова

Все оборудование в мастерской реставрации тканей сделано по нашему заказу и разработано совместно с нашими реставраторами мебели. Есть отдельный комплекс для водной очистки ковров — единственный в нашей стране комплекс, у которого нет аналогов и в мире.

Фото: Дмитрий Сермяжко

С.Б.: Можно ли сейчас сказать что-то конкретное о сроках реализации этих, без преувеличения, грандиозных планов?

М.П.: Я думаю, в течение двух-трех лет все войдет в строй, потому что, по большому счету, строительство уже практически завершено.

С.Б.: Какую роль Вы отводите Реставрационно-хранительскому центру с вводом в строй всех объектов «Старой Деревни»? Возможны ли какие-то новые направления его развития?

М.П.: Зимний дворец — это картинная галерея, Главный штаб — лаборатория современного музейного дела, а в «Старой Деревне» мы будем развивать рассказ о музее как хранилище. Идеология того, что музей — это не выставочные галереи, а хранилище исторической и художественной памяти, будет здесь основной. Хранилище — особый способ показа, углубленный рассказ о сохранении культурного наследия и о музейной реставрации; место для межмузейного сотрудничества, встреч, обучения и разнообразных дискуссий. Что можно сказать уверенно, мы постараемся сделать «Старую Деревню» не менее интересной и комфортной, чем Эрмитаж на Дворцовой, причем комфортной сразу для трех категорий: экспонатов, сотрудников и посетителей.

С.Б.: Михаил Борисович, есть ли в мире аналоги «Старой Деревни» с ее концепцией открытого хранения?

М.П.: Наша концепция открытости в сочетании с уникальностью эрмитажных лабораторий (например, у нас есть единственная в России лаборатория мойки шпалер) — это однозначно ноу-хау. Открытое хранение, в принципе, существует у всех музеев: вещи из хранилищ берут на выставки, при этом сами хранилища не показывают. Наделение объекта хранения функцией объекта показа, да еще в таком огромном масштабе, — такого нет нигде в мире, кроме как в Эрмитаже. По крайней мере, пока.

Беседовал Сергей Бурмистров

Наша справка:

16 мая 2003 года была введена в строй первая очередь Реставрационно-хранительского центра «Старая Деревня». К 300-летию Санкт-Петербурга Эрмитаж завершил строительство четырех зданий — административного, фондового и инженерного корпусов, а также котельной.

В фондовом корпусе разместили коллекции Отдела западноевропейского искусства, Отдела истории русской культуры, Отдела Востока, Отдела археологии Восточной Европы и Сибири. В то же здание из Главного музейного комплекса переехали Лаборатория научной реставрации станковой живописи, Лаборатория часов и музыкальных механизмов, Лаборатория памятников прикладного искусства.

14 декабря 2012 года прошла торжественная церемония подписания акта приемки второй очереди Реставрационно-хранительского центра. Вторая очередь включала строительство шести корпусов, в их числе доминанта архитектурного комплекса — здание, гранитный портал которого украшают изображения онежских и беломорских петроглифов, ставшие визуальным символом Реставрационно-хранительского центра «Старая Деревня».

Наша справка:

Для оснащения хранилищ разработана серия специального музейного оборудования для разных фондов научных отделов музея. Реставрационно-хранительский корпус включает 54 хранилища общей площадью 7954 м². Общая площадь открытого хранения составляет 1114 м²; блок хранений с повышенным уровнем безопасности занимает 507 м²; 3807 м² отведено для размещения реставрационных лабораторий: Лаборатории научной реставрации предметов прикладного искусства с участками нового металла, керамики, витражей, Лаборатории научной реставрации фотоматериалов, Лаборатории научной реставрации тканей и водоразмываемой живописи, Лаборатории научной реставрации мебели и карет, Лаборатории научной реставрации монументальной живописи, переплетного участка Лаборатории научной реставрации графики.

Наша справка:

Третья очередь предусматривает строительство трех корпусов, связанных с уже существующим комплексом переходом над железнодорожной веткой. Главный корпус — стеклянный куб на Школьной улице, д. 39 — предназначен для создания Большой Эрмитажной библиотеки. Впервые в российской практике здесь появится открытая музейная библиотека по искусству, которая представит широкому кругу читателей обширную книжную коллекцию музея. Библиотека будет обеспечена книгохранилищами и оборудована с учетом новейших технологий библиотечного дела, включая электронные каталоги и доступ к электронным коллекциям, что открывает новые возможности для работы с книжными фондами Эрмитажа для специалистов. Кроме того, в этом здании разместятся Центр изучения текстиля, костюма и моды, многофункциональный зал для временных выставок, лекторий. Проект предусматривает строительство пешеходного моста между комплексами второй и третьей очередей: проходя по мосту шириной шесть метров, можно заглянуть в Центр изучения текстиля, костюма и моды и конференц-зал, которые будут расположены там же, на мосту.

Наша справка:

Общая площадь объектов Реставрационно-хранительского центра «Старая Деревня» составляет около 800000 м². Для сравнения: общая площадь зданий Главного музейного комплекса — примерно 100000 м².

Посетить Эрмитаж в Старой Деревне можно только с экскурсией. Экскурсионный маршрут протяженностью два километра знакомит со зрелищными открытыми хранениями, поражающими размахом и невероятным разнообразием музейных фондов, среди которых особенно ярко выделяются: Галерея костюма, Каретный сарай с парадными императорскими экипажами, коллекции западноевропейской и русской мебели, восточный текстиль с роскошной турецкой палаткой XVIII века, древнеегипетские саркофаги, античные мраморы, западноевропейская скульптура, живопись разных школ и эпох, русские иконы и многое другое.

Посещение Эрмитажа в Старой Деревне — это возможность оказаться в прежде закрытых музейных фондах с их уникальными памятниками культуры и искусства, а сейчас и в sancta sanctorum — «творческой лаборатории», где ведутся научные исследования, что является беспрецедентным новшеством. Прежде никогда не входившее в экскурсионный маршрут, хранилище позволяет увидеть, как хранят и изучают живопись в музейных фондах научные сотрудники Отдела западноевропейского изобразительного искусства Государственного Эрмитажа. Здесь находится почти полторы тысячи картин XVI–XX веков разных европейских школ живописи. Показ закрытого хранилища западноевропейской живописи XVI–XX веков проходит в рамках обзорных экскурсий два раза в месяц.