Слово языка образует во мне живописное слово.
В саду капля упала —
мгновение до рождения замысла новой картины:
улетел цветок на поле следующего лета… а кругом тишина —
тишина собирает все звуки. —
Здесь прямой переход из прозы жизни в поэзию живописи:
осеннее мерцанье дней… травяное затишье… фигура в поле…
красный платок загорается, как цветок…

Из дневника В.П. Севостьянова

Если позволительно делить художников на прозаиков и поэтов, то с уверенностью можно сказать, что творчество живописца Владимира Севостьянова принадлежит поэзии. В его искусстве многое, что, казалось бы, хорошо знакомо с детства, преображается благодаря особому взгляду художника. Оказывается, что у всех этих простых вещей, явлений и событий существует другой, потаенный смысл.

Родился Владимир Петрович Севостьянов в 1952 году в Ленинске-Кузнецком Кемеровской области, окончил Пензенское художественное училище им. К.А. Савицкого. С 1977 года живет и работает во Владимире. Здесь, начиная с 1960-х годов, в искусстве стал доминировать живописный стиль, которому присуща открытая цветовая декоративность. Привлекательность такой живописи велика, но Севостьянов не поддался этой популярной традиции.

С первых же работ, показанных на выставках, стало очевидно, что художник самодостаточен. Вот что писал в своих дневниках известный владимирский живописец Виктор Дынников: «У этого поэта — я про Володю Севостьянова — душа чистая, живая, стремительно воспринимающая и очень долго резонирующая на те факты, которые затрагивают его в этом мире. Действующая мягко, поэтично, неназойливо, очень глубоко зацепляющая, его живопись не несет в себе ничего излишне активного и сюжетного. В каждой работе — только намеки, только удачные, очень ценные по характеру письма, по стилистике. Каждая одаривает нас чем-то невероятно богатым».

Живописный материал в произведениях Владимира Севостьянова словно оживает. Когда он пишет, — его кисть способна откликнуться на тончайшие душевные переживания. Его манера письма взволнованная, трепетная, вибрирующая. Внимательный и зоркий наблюдатель, он скупыми средствами может дать характеристику лирическому мотиву, создать емкий психологический портрет, проникнутый теплотой сочувствия к каждому персонажу своих живописных работ.

Важное место у Владимира Севостьянова занимает старый Владимир, его церкви, особнячки, тихие улочки, милые сердцу уголки. Именно здесь, в центре древнего города, где когда-то была первая мастерская художника, взяла начало серия зимних пейзажей под общим названием «Белый день», покоряющая зрителя чистотой и первозданностью чувств. Тема эта в душе художника живет и сегодня, несмотря на то что нынешняя его мастерская находится на территории современной промышленной зоны.

Интерес ко всему происходящему, постоянное изучение череды жизненных моментов в набросках, натурных зарисовках коренится в глубинных чертах личности художника. Зарисовки и этюды эти очень точно подмеченные, очень пластичные, внимательно и заботливо собранные. Каждый — гармония, гамма, мелодия.

Из этих беглых заметок постепенно рождаются композиции, интересно осмысленные, ритмически выстроенные, с прочувствованным колористическим решением. Здесь важно выделить появившиеся в последние годы такие живописные и графические серии, как «Провинциальный дневник», «Предметы в мастерской», «Наши встречи», «Час любви», «Час ожидания». В них художник показывает, что за повседневностью быта, за привычными мелочами можно разглядеть нечто важное, нежное, хрупкое и выразить это в взволнованных живописных образах.

Жизнь художника подчинена искусству. Он творит каждый миг, где бы он ни был, творит без кисти и холста: конструирует композиции для самого себя, спокойно, тихо, углубленно.

В хоре владимирских живописцев творчество Владимира Севостьянова ярко индивидуально. Ему удалось создать собственный живописный язык, с характерным почерком и цветовой гаммой. И в то же время оно несет в себе знаковые для современного искусства черты. Его лаконичные произведения, лишенные многословия и внешней красивости, позволяют заглянуть в душу этого замечательного мастера.

…Белый цвет для меня, как белый свет.
Своя неразгаданность,
своя тайна составляет картину мира-дня.
Как цветущий сад за окном,
где бутонам тесно в сегодняшнем часе.
Как жухлое увядание в осеннем травоцветенье,
как безграничное пространство белого цвета зимой
и как нескошенные луга в летних букетах.
Цвет, который затягивает и открыто, ясно
воздействует своей естественностью.

Из дневника В.П. Севостьянова