В 1968 году А.В. Голубова, вдова писателя-историка С.Н. Голубова, передала Государственному музею А.С. Пушкина библиотеку и часть архива покойного мужа. Среди рукописных материалов оказался автограф Д.В. Давыдова — письмо к князю П.И. Шаликову.

Творчество Дениса Васильевича Давыдова (1784–1839) — поэта-партизана, хорошо известно. Его имя обычно называют среди старших литераторов пушкинской поры.

Сентиментальный поэт, пламенный поклонник Н.М. Карамзина и И.И. Дмитриева, которых близко знал и считал своими учителями, Петр Иванович Шаликов (1768–1852) происходил из обедневшего грузинского княжеского рода. Сегодня его знают, пожалуй, только историки литературы. Между тем, он являл собой заметную фигуру литературной Москвы первой трети XIX века.

Петр Иванович дружил с дядей А.С. Пушкина — Василием Львовичем, и был своим человеком в доме родителей поэта. Шаликов вел знакомство с П.А. Вяземским, переписывался с Н.М. Карамзиным, В.А. Жуковским, И.А. Крыловым, был знаком со всеми московскими литераторами.

Шаликов писал стихи и прозу, издавал в Москве журналы: «Московский зритель» (1806), «Аглая» (1808–1810, 1812), «Дамский журнал» (1823–1833); более двадцати лет редактировал газету «Московские ведомости» (1813–1836).

Шаликов был знаком с А.С. Пушкиным, с которым, скорее всего, встретился после возвращения поэта из ссылки в доме его дядюшки, у которого князь бывал постоянно. П.И .Шаликов восхищался творчеством Пушкина, помещал в «Дамском журнале» восторженные рецензии на новые произведения поэта (иногда в стихах). Пушкин относился к князю с добродушной иронией, называя его «поэтом прекрасного пола».

Из-за приверженности к «чувствительной» поэзии, раздражительного, вздорного характера, экстравагантности в манере поведения и одежде Шаликов часто становился объектом шуток и эпиграмм. Однако его профессиональные качества журналиста и редактора ценили по достоинству. Именно с этой стороной деятельности князя и связано публикуемое письмо Д.В. Давыдова.

«Я боюсь почтеннейший Князь чтобы вы не почли предложение делить за предложение дарить. Как можно, чтобы я, чувствуя сам сколь таковое предложение должно быть обидно — как можно чтобы я осмелился сделать оное человеку коего возвышенность чувств мне столько известна!

Мое беспокойство в сем случае так велико, что я решился опять писать к вам и просить вас покорнейше, истребить столь оскорбительную на мой счет мысль, если вы ее имеете.

Верьте, почтеннейший Князь, что я со стороны благородства души вашей более Вас знаю нежели Вы о том думаете, и потому не должны сомневаться с каким почтением и преданностью имею честь быть вашим покорнейшим слугою

Денис Давыдов
10 октября».

На другом вчетверо сложенном листке с остатками красной сургучной печати — адрес: «Его сиятельству милостивому государю Князю Петру Ивановичу Шаликову».

По содержанию это письмо соотносится с двумя другими письмами Д.В. Давыдова, адресованными также князю П.И. Шаликову, которые были опубликованы в 1973 г. В.В. Пуховым¹.

Приведем текст этих писем.

«Милостивый государь князь Петр Иванович. Я получил письмо ваше только вчера по приезде моем из подмосковной и спешу удовлетворить ваше желание. Посылаю вам три экземпляра моей книги. Желаю от всей души, чтобы юные, будущие ваши воины, воспользовались советами старого партизана и превзошли бы наставника.

Теперь позвольте мне, почтеннейший князь, сделать вам предложение: так как я одному вам обязан очисткой моей книги и так как раскупка оной производится довольно успешно, то не позволите ли мне, по выручке суммы, которую я употребил на печатание не позволите ли мне поделиться с вами как с моим сотрудником? Кажется вам и отказать мне нельзя, ибо справедливость оного требует.

Между тем, примите уверение в искреннем почтении и преданности вашего покорнейшего слуги Дениса Давыдова.
8 сентября».

* * *

«Почтеннейший князь Петр Иванович!

Не только, называемом вами, наездничеством вы меня не огорчили, но еще одолжили меня, дав мне случай сделать вам приятное и польстя мое самолюбие.

Что же касается до отказа, то вы на сие права не имеете — вы трудились, вы тратили время (не на одну корректуру, а даже на исправление слога) столь вами полезно употребляемое, следовательно со мною должны поделиться в отбитой вами добыче, вам предоставлено употребить ее куда угодно, но весьма и весьма огорчите меня, если вы весь грех на мне оставите. Боюсь очень, чтобы предложением моим я не огорчил вас. Если сие случилось, то простите меня — я партизан, думаю, что отбитую добычу по всей истине следует делить с сотрудниками и товарищами, оттого и я вам сей дележ предложил, находя оный справедливым и должным.

Верьте, почтеннейший князь, в душевной преданности
и уважении покорнейшего вам слуги Дениса Давыдова».

Под первым опубликованным письмом стоит дата 8 сентября, второе — не имеет даты, оба — без указания года.

Публикатор справедливо предположил, что в письмах речь идет о прозаической книге Д.В. Давыдова «Опыт теории партизанского действия», первое издание которой вышло в Москве в 1821 году. Исследователь датирует оба письма соответственно 1821 годом. Нам кажется, что публикатор ошибается. Первое издание «Опыта теории…» подписано к печати 31 октября 1821 года, следовательно, 8 сентября 1821 года Денис Давыдов еще не мог говорить о том, что «раскупка» книги «производится довольно успешно», да и посылать 3 экземпляра еще не вышедшей книги он не имел возможности.

Действительно, первое издание разошлось так быстро, что Давыдов сразу предпринял новое издание. Второе издание подписано к печати тем же цензором, что и первое, — «ординарным профессором надворным советником и кавалером Федором Чумаковым» 5 июня 1822 года.

Таким образом, письма, опубликованные В.В. Пуховым, следует отнести к 1822 году. Книга вышла летом, поэтому, вероятно, Давыдов попросил перед отъездом в подмосковную проследить за выходом книги князя Шаликова. Становится понятна первая фраза первого письма: «Я получил письмо ваше только вчера по приезде моем из подмосковной…», т.е. 7 сентября 1822 года.

Кроме того, ко второму изданию Давыдов предпослал небольшое, набранное курсивом, вступление, в котором читаем следующее:

«<…> я выдал в свет плод боевой моей жизни и просил всякого, кто не равнодушен к пользе службы, объявить мне свои замечания в журналах или письмами. Попытка моя была не без успеха: некоторые военные люди прислали мне рассуждения свои, исполненные истины, и я не замедлил исправить погрешности сего сочинения»².

Можно предположить, что исправления слога князем Петром Ивановичем, о чем пишет Давыдов в первом письме, касаются поправок, которые ввел во второе издание автор.

Как видно из двух писем, опубликованных В.В. Пуховым, Давыдов, зная о материальных трудностях князя Петра Ивановича³, очень хотел ему помочь и сделать это по возможности самым деликатным образом. Ответных писем пока не найдено, но из контекста видно, что князь категорически отказывался от предложенного гонорара.

Письмо, находящееся в музее Пушкина, скорее всего является вторым или третьим в переписке поэтов и, конечно, также датируется 1822 годом.

Мы не знаем, чем же окончилась история с гонораром, но почтительный тон, изысканность вежливых оборотов «нашего» письма свидетельствуют о внимательности и доброте Дениса Васильевича, который хотел сгладить болезненное отношение бедного князя к любой финансовой поддержке и все-таки уговорить его разделить с ним прибыль от продажи второго издания своей книги.

Примечания

¹ Пухов В.В. П.И. Шаликов и русские писатели его времени (по архивным материалам) // Русская литература. 1973. №2. С. 160-161.

² Давыдов Д.В. Опыт теории партизанского действия. Изд. 2-е. М., 1822. (Тип. С. Селивановского). С.I.

³ Шаликов был обременен большой многодетной семьей и, кроме редакторства и издания журналов, почти не имел доходов.