Ямал известен как бурно развивающийся регион России, как бесценная кладовая природных богатств. Но это и территория с давними культурными традициями и уникальной природой. Люди, живущие в суровых условиях Арктики, веками вырабатывали способы адаптации, и опыт «полярной цивилизации» может быть полезен нашим потомкам не меньше, чем сокровища недр. А девственная природа – основа существования малых народов Ямала.

О современной жизни Ямальского Севера, проблемах сохранения самобытности культуры его коренных народов по просьбе редакции «Нашего наследия» губернатор Ямало-Ненецкого автономного округа Юрий Васильевич Неелов рассказал журналисту Надежде Носковой

Н. Носкова: Что представляет собой арктический регион под названием «Ямал»? Что такое автономный округ сегодня?

Ю. Неелов: Ямал, расположенный на Крайнем Севере России, в переводе с ненецкого означает «Край земли». Но жители округа говорят иначе: «Ямал — не край земли, а ее начало». В этом — признание великого вклада нашего региона в экономику державы, в этом — любовь моих земляков к родной земле.

Что такое Ямал сегодня? Это экономически успешный субъект Российской Федерации, регион, который характеризуется традиционно стабильной социально-политической сферой.

Потенциал недр Ямала уникален. Этим обусловлено формирование здесь мощнейшего центра нефтегазодобывающей промышленности страны. Альтернатив Ямалу, особенно по газу, в России нет. По большому счету Ямал, где добывается более 90 процентов российского газа, который обеспечивает более половины первичных энергетических потребностей страны, как это ни пафосно звучит, действительно является гарантом стабильности развития экономики и энергетическим сердцем России.

Из других природных богатств недр, которыми так щедро наделен наш округ, необходимо отметить запасы твердого минерального сырья на Полярном Урале. В нем почти вся таблица Менделеева, а так как разработки запасов ранее не велось, то и объемы их очень солидны и более чем рентабельны. Например, хромитовые и марганцевые руды Ямала позволят России отказаться от дорогостоящего импорта и не зависеть от капризов мирового рынка.

Динамика развития округа просчитана: Ямалу далеко до своего пика, он только начинает разбег. В прошлом году, когда наш округ отметил 75-летие, Президент и Правительство России поддержали мега-проект национального масштаба: «Урал Промышленный — Урал Полярный». При осуществлении задуманного Полярный и Приполярный Урал станет крупнейшим горнодобывающим центром России.

В основе благополучия Ямала — и одно из самых крупных в мире стадо домашних северных оленей (около 600 тысяч голов); первосортные меха дикого песца и выращенной здесь норки и лисицы; ценнейшая северная белорыбица — нельма, муксун, ряпушка, вкус которой был высоко оценен еще российскими самодержцами.

Н.Н.: Ямал является родиной коренных малочисленных народов Севера. Сохранится ли традиционный уклад кочевников, рыбаков и охотников? Или их дети должны будут сменить образ жизни под давлением промышленного развития?

Ю.Н.: Ямал — родная земля для ненцев, хантов, селькупов, для тех народов, чьи предки пришли сюда в незапамятные времена.

Действительно, проблема идентификации для малочисленных народов Крайнего Севера стоит очень остро. Мы знаем, что в прошлом веке перестали кочевать кеты, юкагиры, нганасаны, долганы, имевшие когда-то многотысячные оленьи стада. И сегодня эти народы испытывают огромные трудности с сохранением своей этнокультуры. Исчезают носители и знатоки родного языка, фольклора, народных промыслов и традиций. В силу многих причин, среди которых и объективные, и субъективные факторы, у ямальских тундровиков таких проблем нет. Приведу следующий факт. Десять лет назад в округе насчитывалось около 20 тысяч представителей коренных малочисленных народов. Сейчас на Ямале их проживает более 37 тысяч (это более 20 % КМНС всей России); около половины из них ведет кочевой образ жизни. Связке «олень — человек» в арктических регионах мира — не одна тысяча лет. Давние предки ненцев, ханты, селькупов максимально адаптировались к суровым климатическим условиям, передав потомкам уникальную способность не побеждать природу, а ладить с ней, удивляя пришлых удивительно гармоничными отношениями со всем, что их окружает на бескрайних просторах Ямала.

Я уверен, что главной задачей власти является обеспечение человеку выбора. Мы знаем опыт Аляски, северных канадских штатов… Да, аборигены там выглядят гораздо более благополучными, чем наши. Но что понимать под благополучием? И все ли так, как они стараются нам показать? Почему там стоит острейшая проблема с сохранением культуры, а если более широко — то с сохранением самого этноса, с его самоопределением? И почему многие специалисты, приезжающие на Ямал для участия в различных мероприятиях, искренне признаются, что это им нужно учиться у ямальцев, а не наоборот.

Проблем, доставшихся нам от прошлого, множество. Но очевидно, что молодое поколение коренных народов Севера демонстрирует совершенно нормальную адаптацию к вызовам современной цивилизации. Многие становятся грамотными специалистами, труд которых востребован на предприятиях и учреждениях городов и поселков. Но очень многие из них, получив хорошее образование, возвращаются в тундру, и… становятся удачливыми предпринимателями. Например, прекрасно зная, что олени на Ямале — одни из самых здоровых и сильных в России, молодые бизнесмены весьма успешно торгуют ими: наши олени отправлялись в Эвенкию и на Таймыр, в Якутию и Югру, помогая тем самым восстанавливать поголовье в этих регионах.

Следует понять простую истину: традиционная занятость тундровиков — основа для их самоопределения и развития. Это доказано и специальными исследованиями, и самими коренными жителями. Ежегодно в окружном бюджете ЯНАО на реализацию целевой программы «Экономическое и социальное развитие коренных малочисленных народов Севера» отдельной строкой прописывается более трех миллиардов рублей. Успешно работают окружные законы — «Об оленеводстве в ЯНАО» и «О рыболовстве». Это стимулирует дальнейшее развитие главных отраслей хозяйствования аборигенов, — оленеводства и рыбодобычи, которые по сути являются своеобразной экологической нишей материальной и духовной культуры кочевников. Сейчас на Ямале, где наблюдается рост поголовья оленей, отмечается и стабильный естественный прирост коренного населения.

Приоритетной задачей окружной власти является сохранение и приумножение богатств своей земли для обеспечения нормальной жизнедеятельности аборигенного населения, всех ямальцев. Выступая на Президиуме Государственного совета, который прошел в Салехарде в апреле 2004 года, Президент России отметил, что государственная политика в отношении Севера должна быть адекватной и действенной. В успехе Севера, по выражению Владимира Путина, заключен успех всей страны. Президент РФ также заявил, что государство должно предложить коренным малочисленным народам Севера эффективные механизмы, способные сохранить и максимально развить этнос и самобытность этих народов, тем более что их культура и образ жизни стали неотъемлемой частью мирового культурного пространства.

Н.Н.: Говорят, что колея от вездехода в ямальской тундре не затягивается растительным покровом десятилетия. Негативные тенденции в сфере культуры — менее заметны, но не менее разрушительны. Что делается на Ямале для сохранения уникальной культуры тундровиков?

Ю.Н.: Работа в этом направлении ведется не только в сфере традиционной культуры коренных народов. Ямал, куда во время бурного промышленного освоения приехали представители буквально всех республик бывшего Союза, люди сотен народностей и национальностей, разного вероисповедания, сплотил всех, предоставив уникальную возможность самоидентификации. В Салехарде работает Окружной центр национальных культур. На его базе созданы и прекрасно действуют центры казачьей песни, культуры народов Севера, культуры тюркских народов, где занимаются также и славяне, и с пребольшим удовольствием. И этот центр — не единственный, в каждом городе, райцентре, поселке есть подобные очаги культуры.

Здесь, на Севере, сама природа диктует правила и принципы общежития. В зоне экстремального проживания человек должен быть добрым и отзывчивым, открытым и душевным. Иначе здесь не выжить. Для каждого на Ямале есть свое место, никто здесь друг другу не мешает, и каждый понимает, что он творит и трудится на благо себя и на благо всех.

На Ямале максимально поддерживаются все направления культурной работы, в том числе и традиционная культура северян. В детских садах и школах преподают родные языки, школьникам и студентам читают курс истории и культуры Ямала. На окружной телерадиокомпании успешно трудятся пять национальных редакций, выпускаются окружные газеты на ненецком и ханты языках. А удивительно красочные фестивали народного творчества, международный фестиваль антропологического кино, на который съезжаются самые известные мировые светила — антропологи, кинематографисты, журналисты, этнографы; обучающие семинары, съезды и праздники оленеводов; а реконструкция учреждений культуры и строительство новых, которых только в ближайшее время будет введено более двадцати! На все это мы средств не жалеем, понимая, что говорить о высоком качестве жизни людей можно лишь при высоком уровне здравоохранения, образования и культуры.

Ямал сегодня — это уникальный регион, где сохранен колоссальный опыт бытия, традиций, обычаев разных народов. Он становится все более заметным в культурной жизни страны. Расширяются горизонты межрегиональных и международных связей, границы гастрольной и выставочной деятельности, обмен опытом, научные и информационные контакты. Культура является одним из приоритетных направлений политики и мощнейшим фактором укрепления престижа и социальной стабильности Ямало-Ненецкого автономного округа. Но мы также понимаем, что культурной должна быть не только отдельная область жизнедеятельности региона, но и вся политика в целом, и прежде всего — экономическая политика. При принятии любого решения мы, государевы люди, обязаны думать о цене, которую заплатят за экономический рост природа, культура, будущие поколения. И в любом случае не допустить превращения этой прекрасной земли в ресурсный придаток планеты.

Н.Н.: Ямальцы отличаются чем-то от обитателей более южных широт?

Ю.Н.: Да, как и все жители Севера. Отличаются они своей порядочностью и добротой, прямотой, хлебосольством, особенным вниманием к людям. А главное — умением противостоять любым невзгодам. Климат здесь не райский, работа не ангельская. Поэтому и сильных личностей у нас много. Север сплачивает, заставляет чувствовать плечо товарища, помогать друг другу. Ямальцы просто не способны не ответить добром на добро. Эта северная человечность дорогого стоит — дороже любых денег.

Н.Н.: Когда вы стали главой региона, вы сказали замечательную фразу: «Нефть и газ должны работать на людей, а не наоборот». Удалось ли воплотить в жизнь эту мысль?

Ю.Н.: Ответ на этот вопрос в полном объеме могут дать только жители округа. Но лично я считаю, что удалось. Такой факт: Ямал уже который год занимает четвертое место в России по уровню рождаемости. Что это значит? А то, что люди уверены в завтрашнем дне, они живут в стабильно развивающемся регионе и знают, что смогут обеспечить свою семью и детей всем необходимым. Все, что делается на Ямале, делается для людей, для их блага.

Для меня как главы региона главный итог в том, что мы сумели наш суровый край превратить в комфортную для проживания территорию. Мы делаем все, чтобы обеспечить ямальцам достойную жизнь. Причем не абстрактную, а реальную. Прежде всего — это строительство нового жилья, действенная социальная поддержка тех, кому она необходима, забота о детях, стариках и молодежи, поддержка коренного населения, совершенствование управления и, конечно же, забота о будущем Ямала.

Понятно, изменить арктический климат нам не под силу, но сделать жизнь людей лучше, более достойной их вклада в благополучие и безопасность страны — мы были просто обязаны. И, хотя у нас многое получилось, впереди еще очень много работы.

* * *

Государственное учреждение «Ямало-Ненецкий окружной музейно-выставочный комплекс им. И.С. Шемановского» — наследник одного из старейших в Западной Сибири музеев, основанного в 1906 г. настоятелем Обдорской миссии отцом Иринархом (в миру — Иван Семенович Шемановский), готовится в ноябре 2006 года отметить 100-летний юбилей. Эта дата должна стать знаковой в жизни Ямало-Ненецкого автономного округа. Столетие музея существовавшего во всех перипетиях ХХ века в Обдорске — Салехарде, трансформировавшегося в титульный музей ЯНАО — серьезный повод для анализа и размышления. За сто лет музей пережил четыре основных периода, которые можно условно назвать: «хранилище», «безвременье», «краеведческий музей», «музейно-выставочный комплекс».

Иван Семенович Шемановской родился в 1873 году в городе Бела (на территории современной Польши), в семье потомственных дворян. Очень рано остался круглым сиротой. Как и многие из дворянских детей, оказавшихся в таком положении, получил образование в Император-ском Гатчинском Николаевском сиротском институте. После окончания института в 1892 году духовные пристрастия направили его на религиозное поприще. В 1897 году, по завершении учебы в Новгородской духовной семинарии, И.С. Шемановский был пострижен в монахи с именем Иринарх. Вскоре отца Иринарха назначают исполняющим обязанности настоятеля Обдорской миссии, и в апреле 1898 года он прибывает в волостное село Обдорское Березовского уезда Тобольской губернии. Как говорили в те времена тоболяки: «Обдорск стоит на краю света, дальше его на семь верст уже начинается ад…» Там, под Полярным кругом, на краю великой державы, в течение 13 лет безвыездной жизни предстояло ему нести служение, находить «в нем для себя вдохновение, радость, счастье».

Многотрудная деятельность о. Иринарха, Обдорской миссии и организованного им «Братства во имя святого Гурия, архиепископа Казанского и Свияжского» вместе с проповедью «слова Божьего» включала и заботы вполне земного свойства — устройство инородческих школ, приютов для престарелых, малолетних и детей-сирот, организацию прививок против оспы и лечение детей во время эпидемии скарлатины, обучение ремеслам и опыты по селекции растений. Однако особенно были дороги о. Иринарху учрежденные им в Обдорске библиотека и музей. Библиотека была устроена на его личные средства вскоре после прибытия в Обдорск — в августе 1898 года. Самым ценным в библиотеке был Северный отдел. В 1907 году, например, в этом отделе насчитывалось различных книг и рукописей — 183, а вместе с журнальными и газетными статьми — свыше 500 наименований. В 1910 году в Тобольске был издан каталог книг Северного отдела, составленный о. Иринархом. В это время в общем фонде библиотеки было 5000 томов.

Идеи просвещения и изучения инородческих вопросов, вдохновлявшие И.С. Шемановского при формировании библиотеки, нашли свое развитие в учреждении им в 1906 году первого в Березовском уезде музея. Устройство «Хранилища коллекций по этнографии инородцев Тобольского Севера» при Братстве должно было «наглядным образом» «дать возможность человеку незнающему самому судить и пополнять свои сведения об инородцах, а хорошо знающему — делиться своими знаниями…», «ради наивернейшего успеха изучающих жизнь и быт инородцев Севера, дать им возможность не тратить непроизводительно время, из сферы предположений и фантазий переходить в область действительности и фактов». Музей разместился в бывшей лавке купца Оленева, который незадолго до смерти завещал часть своих построек Обдорской миссии. Имея во главе столь широко образованного и гуманного человека, как о. Иринарх, «хранилище» сразу стало научным и культурным центром Обдорска. Во время пожара в 1908 году многие экспонаты его были утрачены, но благодаря пожертвованиям обдорян и братчиков музей довольно быстро оправился, и к 1909 году в его фондах насчитывалось уже 250 предметов. «Хранилище» и библиотека привлекали не только обдорских обывателей, но и ученых, путешественников, побывавших на тобольском севере. В делах многих экспедиций настоятель Обдорской миссии принимал деятельное участие, вел переписку с исследователями Севера.

Свои странствия по бескрайним тундрам игумен Иринарх живо описал в путевых заметках, объединенных общим заглавием «Из дневников Обдорского миссионера», опубликованных в 1903–1905 годах в журнале «Православный благовестник» и позднее, в 1907–1911 годах в серии очерков «В дебрях крайнего северо-запада Сибири». В том же журнале в 1911–1916 годах увидел свет его большой исторический труд «Хронологический сбор достопамятных событий в Березовском крае Тобольской губернии 1032–1910 гг.».

После перемещения в 1910 году игумена Иринарха на должность Тверского епархиального миссионера-проповедника один из его соратников по Обдорской миссии писал ему
в письме: «Отъезд Ваш чувствительно поразил нас, мы лишились истинного отца, наставника, советчика и доброго друга». Однако начинания о. Иринарха не были забыты. Братство нашло новое помещение для музея и пригласило на должность консерватора (хранителя) жителя Обдорска П.А. Первова. Работая бесплатно, он привел в порядок коллекции: разместил их по шкафам, записывал в инвентарные книги новые поступления. Посещать музей мог любой желающий без всякой платы.

В 20-е годы XX века в Обдорске, вскоре переименованном в Салехард, еще сохранялись возможности для краеведческих исследований. В это время при музее продолжает действовать краеведческий кружок, его участники, среди которых политссыльный Д.Н. Редриков, имевший открытый лист на право производства археологических работ и отсылавший свои отчеты в Кунсткамеру, собирают древние артефакты, обследуют памятники, расположенные в черте города и за его пределами, обсуждают проблемы происхождения местных археологических культур. Страстные научные дискуссии выплескиваются на страницы частных писем и местной прессы. Музей живет жизнью страны и региона, он в центре обдорских событий, стремится к взаимопониманию между коренными обитателями и теми, кто появился здесь не по своей воле.

Но к началу 30-х годов наступил период музейного безвременья. Ценные находки, сделанные в 1932 году при строительстве здания гидропорта, были переданы в партийные органы, а не в музей. В.С. Адрианов, первым исследовавший уникальный археологический комплекс городища Усть-Полуй в 1932, 1935–36 годах, а в 1937 году расстрелянный, написал несколько статей, но ни словом не упомянул музей. Коллекция из 18 тысяч предметов была вывезена в Ленинград. В музее Салехарда в этот период не было сотрудников, знакомых хоть в какой-то мере со спецификой музейной работы, условия хранения экспонатов были неудовлетворительными, они приходили в негодность и списывались. Не велось и учета книг, выдаваемых из библиотеки, — многие издания разошлись по рукам. За годы Великой Отечественной войны из 2161 экспоната исчезло 774.

В послевоенные годы (1948–1953) ямальский край стал местом реализации грандиозного гулаговского проекта. На строительстве железнодорожной трассы Салехард — Игарка одновременно работали от 80 до 100 тысяч заключенных. Салехард стал на время одной из «столиц» ГУЛАГа и срочно застраивался деревянными бараками. Последствия этой «урбанизации» город расхлебывает до сих пор.

Положение несколько налаживается в начале 1950-х годов; с этого времени можно вести отсчет профессиональной музейной деятельности в крае.

Окружной краеведческий музей до 1959 года располагался в старом здании, ранее принадлежавшем Братству св. Гурия. За неимением собственных площадей выставки проводились в помещении Дома культуры народов Севера.

В 1961 году для музея было построено новое здание. Появились отделы дореволюционной истории, природы, советского периода. К 1966 году фонды достигли довоенного уровня — 2200 экспонатов; причем 1200 из них находились в экспозиции.

С 1967 года музей сопричастен к судьбе Мангазеи, а фонды пополнились археологической коллекцией из раскопок этого исчезнувшего города.

В 1972 году состоялось первое участие музея в смотре в честь 50-летия образования СССР, отмеченное дипломом II степени Министерства культуры РСФСР.

В 1974 году музей переехал в здание, которое всем горожанам теперь известно, как «старый музей». Появились новые коллекции — сборы с археологических памятников Усть-Полуй и Надымское городище, работы резчика Г. Хартаганова, личные архивы Л.В. Лапцуя и Е.Г. Сусой, гербарий. Проведена выставка «Древнее и традиционное искусство Северного Урала» на VI Международном финно-угорском симпозиуме в Сыктывкаре.

С 1988 года были развернуты этнографические изыскания, исследования, сбор документов и материалов эпохи ГУЛАГа, а в фондах появился знаменитый мамонтенок. Создание экспозиции, посвященной малоизвестной странице советской истории — «501-й стройке», стало возможным в тот период только благодаря личному мужеству и гражданской позиции директора музея Л.Ф. Липатовой. Первым удачным опытом международного сотрудничества стала выставка в Канаде (Торонто).

К 1995 году фонды выросли до 30 000 единиц хранения, увеличился штат сотрудников, расширился круг друзей и партнеров. В сотрудничестве со Смитсониевским институтом (Вашингтон) были проведены выставки «Арктика — Антарктика» (Бонн, 1997) и фотографий исследователя Ямала В.П. Евладова. В Эрмитаже в 1996 году состоялась выставка «Сокровища Приобья», экспонаты которой до сих пор вызывают неизменный интерес ученых и публики. Участие в Красноярской Биеннале отмечено в 1995 году Гран-при (выставка «501»), в 1997 — первым местом (выставка «Во дни предначальные»).

Академические институты РАН, Уральского и Сибирского ее отделений активно взаимодействуют с музеем, передают ему коллекции — результаты полевых исследований.

Между тем в конце 80-х годов округ стал крупнейшим центром газодобывающей отрасли, и все стало стремительно меняться — ритм жизни, демографическая ситуация, инфраструктура, облик поселений, в том числе и столицы округа — Салехарда. Из забытого богом уголка на краю света Ямальский Север превратился в один из самых динамично развивающихся районов мира. Здесь находят разрешение глобальные проблемы, по масштабам далеко выходящие за пределы России. Новым условиям жизни нужны были и новые формы музейной деятельности. И они, хоть и не без полемики и столкновения идей, появились в форме нового типа учреждения культуры. Созданный в 2002 году по инициативе губернатора ЯНАО музейно-выставочный комплекс (МВК), получивший имя И.С. Шемановского, с одной стороны, является преемником глубоких культурных традиций края, с другой — включен в динамичную и многообразную современную жизнь Ямало-Ненецкого автономного округа. Спустя столетие преображенный музей вновь стал центром культурной жизни региона, организатором и координатором региональных научных исследований. Успешно представляет МВК свои проекты на международном музейном фестивале «Интермузей». В 2006 году, проект по музейной педагогике МВК был признан лучшим в России.

Благодаря постоянной поддержке Администрации округа МВК развивается быстрыми темпами, к существующему архитектурному комплексу добавился конгресс-холл для проведения съездов, конференций, фестивалей международного уровня. В 2006 — в год празднования 100-летия основания музея, завершено переоборудование фондов с установкой музейного оборудования ведущих мировых производителей, ведется разработка постоянной музейной экспозиции, проводятся выставки, в том числе с участием российских и зарубежных друзей и партнеров МВК. Особое его положение — между прошлым и будущим — порождает затейливое, порой неожиданное наложение образов различных исторических эпох и сфер познания, которое можно уподобить игре света, многократно отраженного гранями самоцвета.