В конце 2005 года журнал «Наше наследие» награждал памятной серебряной медалью А.А. Блока, отчеканенной к 125-летию поэта, писателей, журналистов, музейщиков, внесших свой вклад в увековечение его памяти, издание произведений, восстановление Шахматова. К сожалению, Л.Б. Либединская не смогла быть в музее Андрея Белого на вручении медалей, и мы думали, что передадим Лидии Борисовне ее награду в августе в нашей редакции, на традиционном открытии ежегодной блоковской выставки, которые она всегда посещала и на которых обычно трогательно дарила шахматовским сотрудницам для дома поэта ту или иную памятную вещицу, относящуюся ко времени жизни Блока.

Мы очень ценили общение с Лидией Борисовной, человеком удивительно добрым, необычайно много знавшим и пережившим, и нам кажется, что она с удовольствием бывала в редакции «Нашего наследия». Вот и на этой фотографии Лидия Борисовна выступает в саду редакции на открытии памятника А.А. Блоку.

Передать Л.Б. Либединской ее блоковскую медаль мы, увы, не успели. Она скончалась в мае 2006 года. На той медали — слова Блока: «Я Вам поведал неземное…» Теперь в неземном ее светлая душа, и она прилетает в тот самый «угол рая неподалеку от Москвы», соловьиный шахматовский сад, для возрождения которого так много сделала Лидия Борисовна.

Свою книгу о Блоке она закончила словами: «Я верю: в золотистых ли шахматовских просторах, на прямых ли проспектах Ленинграда или в запутанных московских переулках мы с ним встретимся еще много, много раз…»

Теперь — несомненно встретятся.

Слова прощания с Лидией Борисовной я попросил написать Станислава Лесневского, с которым ее особо связывала любовь к поэзии Блока и многолетняя забота о спасении Шахматова.

Владимир Енишерлов

Невозможно поверить, что нет больше Лидии Борисовны Либединской. И ушла она от нас во сне, мгновенно, незаметно для окружающих. Мы не запомнили ее больной, немощной. Несмотря на серьезный возраст, она до последних дней была воплощением жизни. Это выражалось прежде всего в неиссякаемом доброжелательстве Лидии Борисовны. Ее благорасположенность к людям, казалось, не знала пределов. Она готова была сделать все возможное не только для друзей, но и подчас для едва знакомых, если этого требовали обстоятельства и нужды людей.

Содержанием и смыслом жизни Лидии Борисовны была литература, русская литература. Она воистину гордилась нашей словесностью, нашими писателями, классиками и современниками. Лидия Борисовна сама была живой легендой. Трудно сказать, кого она не знала и с кем не была знакома. Я бы не удивился, если бы она вспомнила о своих встречах с Пушкиным. Либединская объездила и обошла самые отдаленные уголки России, где когда-то жили сосланные декабристы. Происходя из рода Толстых, Лидия Борисовна по-новому прочитала «Войну и мир». Ее любимцем, кажется, был Герцен. В своих книгах она прекрасно рассказывала молодым читателям о русских писателях, о героях русской литературы.

Лидия Борисовна дружила с Корнеем Ивановичем Чуковским. Она могла как своя придти в дом Бориса Пастернака. Многолетнее общение соединяло ее с Давидом Самойловым и Александром Межировым. В день, когда Марина Цветаева уезжала в Елабугу, рядом с ней была Лидия Либединская. «Зеленая лампа» — название мемуарной книги писательницы. Свет ее дружбы согревал и ободрял, вселял веру в торжество правды и красоты. «В России надо жить долго», — нередко повторяла Лидия Борисовна.

Лидия Борисовна Либединская была верным другом и, можно сказать, однолюбом в поэзии, в литературе. Ее привязанности длились неизменными десятилетия. Любимым поэтом Лидии Борисовны смолоду стал Александр Блок, которому она посвятила вдохновенную книгу. Либединская одной из первых среди литераторов побывала в Шахматове и написала об этом подмосковном «уголке рая». В течение тридцатилетия, начиная с 1970 года, Лидия Борисовна не пропустила почти ни одного Блоковского праздника поэзии в Шахматове. Очень радовалась восстановлению усадьбы. И каждый год отмечала: «Вот еще раз приехала в Шахматово…»

Лидия Борисовна была натурой увлекающейся, увлеченной, страстной. Любила путешествовать, принимать гостей, радовалась успехам друзей и близких. Потомство у Либединской было обширное. «Лидия Борисовна, когда вам ни позвонишь, у вас всегда чей-нибудь день рождения», — говорил я. «Приходите», — с удовольствием отвечала Лидия Борисовна.

Однажды мы с Виктором Балашовым, выйдя из Третьяковской галереи в Лаврушинском, где жила Либединская, увидели Лидию Борисовну у подъезда своего дома. И она, конечно, зазвала нас к себе и устроила пир. Не думали мы, что прощаемся…

Станислав Лесневский