О художниках русской эмиграции, оказавшихся после Октябрьской революции во Франции, в последнее время написано довольно много исследований. Это и монографии общего характера, и книги, посвященные отдельным выдающимся личностям. Их жизнь и творчество — захватывающий материал, погружаясь в который, мысленно переносишься в Париж прошлого века и переживаешь все перипетии жизни русской художественной эмиграции. Между тем участие знаменитых российских мастеров живописи и графики во французском книгоиздании все еще слабо изучено. Как правило, эта тема остается на периферии исследовательских работ и затрагивается лишь вскользь (в отличие, скажем, от выставочной или театральной деятельности тех же художников).

Именно она и привлекла наше внимание <…>

Французские книги иллюстрировали многие русские художники — по разным оценкам, их количество варьируется от ста тридцати до ста пятидесяти человек. Такой разброс в цифрах обусловлен тем, что значительная часть работ — это рисунки в периодических печатных изданиях, рекламных брошюрах и плакатах, балетных и оперных программках. Кто-то был более талантлив, кто-то менее, кто-то создал иллюстрации для нескольких десятков книг, кто-то для одной-двух. Представленный в альбоме изобразительный материал отобран из значительного количества книг, имеющихся в библиотеке автора. Целью отбора было стремление, с одной стороны, продемонстрировать богатую палитру созданной книжной графики, а с другой — не переутомить читателя желанием «объять необъятное» и не перегрузить книгу изобразительным материалом. После долгих размышлений, основываясь на магии «красивых чисел», были выбраны тридцать три художника и сто иллюстрированных ими книг; это и роскошные библиофильские издания, выпущенные, по законам данного жанра, весьма ограниченным тиражом, и книги для массового читателя <…>

Les ditions de la Pliade

Золотое десятилетие — с начала 1920-х по начало 1930-х годов — для русских художников во французском книгоиздании во многом связано с именем Якова Шифрина (1882, Баку — 1950 Нью-Йорк), основателя знаменитого издательства «Плеяд» (но мы в данном случае используем общеупотребительское русское «Плеяда»). Шифрин вместе с семьей покинул Азербайджан после Октябрьской революции. Закончив юридический факультет Женевского университета и обосновавшись затем в Париже, он взял себе имя Жак и с 1923 года стал заниматься издательским делом.

Его предприятие имело два направления развития.

Первое — выпуск качественных книг карманного формата («livre des poche»). Переплетенные в отличную мягкую кожу, напечатанные тютелька в тютельку (105х170 мм) по меркам кармана пиджака или брюк среднестатического француза, носившего 46-48 размер, издания шедевров французской классической литературы стали пользоваться большим спросом. Ноу-хау по полиграфическому воплощению текстов Нового Завета на очень тонкой, но прочной и качественной бумаге было перенесено Шифриным на серию «Библиотека Плеяды», что обеспечивало читателю «максимум удобств и удовольствия <…>

Второе направление издательской деятельности Шифрина — продукция библиофильского толка. Будучи выходцем из Российской империи, он любил творчество русских художников и активно привлекал их к сотрудничеству в области книжной графики. Кстати, сам выступая в качестве переводчика классических произведений русской литературы, он привлек к этой работе и других литераторов, в том числе известного французского писателя Андре Жида (1869–1951).

Именно в «Плеяде» в 1923 году выходит по-французски «Пиковая дама» А.С. Пушкина с иллюстрациями Василия Шухаева. Перевод повести был выполнен Шифриным, Андре Жидом и Борисом де Шлецером (1881–1969), родственником композитора А.Н. Скрябина, автором книг о нем и о других русских композиторах, писателем и критиком. На титульном листе под наименованием «Издательство Плеяда» напечатано: «Ж. Шифрин и Ко», что будет сопровождать все последующие библиофильские издания, а также указан парижский адрес: улица Турнефор,6.

Для Шухаева это была первая серьезная книжная работа на французской земле. Художник выполнил двадцать цветных иллюстраций и эскиз титульного листа. Первоначально был сделан черно-белый вариант цикла, с которого изготовили типографские оттиски. Для тиража была выбрана дорогая технология гелиогравюры. Шухаев раскрасил оттиски от руки гуашью и акварелью — они-то и использовались в качестве оригиналов для воспроизведения в книге. Павел Эттингер в статье «Иллюстрированные издания Пушкина за годы революции» писал, что «рисунки Шухаева выдержаны в стиле художников ”Мира искусства”, в них с особой тщательностью выполнены костюмы и бытовые детали эпохи, но местами здесь чувствуется слишком большая близость к гравюрам XVIII века». С этой характеристикой иллюстраций Шухаева, с нашей точки зрения, можно поспорить: школа предшественников в работах художника, конечно, чувствуется, но взгляд — совершенно другой, гораздо более новаторский. Оригинальное графическое построение сюжетов, неожиданный ракурс, эксперименты с цветовой гаммой — все это вызывает удивление читателя и делает классическое произведение Пушкина еще более мистическим и загадочным.

Это роскошное библиофильское издание было выпущено тиражом в 345 экземпляров, 25 из которых (с римской нумерацией) не предназначались для продажи.

В 1925 году Шифрин выпускает в собственном переводе другой фолиант — пушкинского «Бориса Годунова» с обложкой, титульным листом, заставками и концовками и 18 полноразмерными пошуарами Шухаева. Приведем любопытный отзыв того же Эттингера: «…мы вновь встречаемся с эффектными цветовыми композициями В. Шухаева, на этот раз навеянными старорусской фреской и миниатюрой рукописных книг. Но и тут, как в “Пиковой даме”, расхолаживающе действует то, что эти части не облечены в личный убедительный стиль».

В этом же году Шухаев выполнил для издательства обложку библиофильского тиража «Флорентийских ночей» Генриха Гейне и с иллюстрациями Григория Глюкмана, а также весьма скромные заставки и концовки к «Очарованному страннику» Н.С. Лескова.

Несколько более интересны изящные лирические иллюстрации Шухаева к вышедшей в 1928 году в «Плеяде» повести Альфреда де Мюссе «Две любовницы» («Les deux matresses»), которые органично переносят читателя в атмосферу Франции первой половины XIX века.

Разумеется, в издательских проектах «Плеяды» участвовали и другие русские художники. Среди наиболее ярких работ можно выделить «Записки сумасшедшего» Н.В. Гоголя, выпущенные в свет в 1927 году в переводе Шифрина и Шлецера. Иллюстрации в технике углубленной гравюры на металле великолепно исполнил Александр Алексеев. Книга была издана ограниченным тиражом в 266 экземпляров, часть которого была напечатана на японской, голландской и веленевой бумаге.

Но, конечно же, главной работой Алексеева стал вышедший в 1929 году роман Ф.М. Достоевского «Братья Карамазовы», к которому художник выполнил 100 иллюстраций. Такую же цифру составил и тираж этого знаменитого издания. Литографии Алексеева — это общепризнанная, самая мощная графическая работа к всемирно известному роману классика русской литературы. А само издание — не только большая редкость на антикварно-букинистическом рынке, но и вожделенная мечта многих музеев, библиотек, галерей, библиофилов и коллекционеров <…>

Au Sans Pareil

Издательство «Сан Парэй» родилось из журнала «Литература» («Littrature»), основателями которого были Андре Бретон, Луи Арагон и Филипп Супо. Оно, собственно, и «появилось на свет» 2 мая 1919 года специально для издания журнала (буквально через месяц с небольшим после выхода первого номера). Название было придумано Арагоном и в переводе может означать «Неповторимые» или «Не имеющие себе равных».

Издательство начинает свою деятельность с публикации неизданных текстов Рембо, за этой книгой следуют первые сборники Бретона, Арагона, Супо и Морана, а также книги Сандрара и Элюара. В январе 1920 года Рене Хильсум открывает книжный магазин, который становится местом встречи всех сюрреалистов и дадаистов. В том же году издательство основывает серию «Дада» («Dada») и публикует самую, наверное, нашумевшую книгу сюрреалистического движения — «Магнетические поля» («Les champs magntiques») Андре Бретона и Филиппа Супо. В апреле в магазине проходит первая выставка, посвященная Франсису Пикабиа, за ней следуют другие выставки художников и поэтов-дадаистов. Однако уже летом 1920 года отношения между «Сан Парэй» и движением сюрреалистов и дадаистов портятся: Хильсум, став полноправным директором издательства, стремится издавать книги, не связывая себя каким-то одним литературным направлением. Он продолжает публиковать сюрреалистов, но при этом круг его авторов значительно расширяется <…>

23 марта 1931 года Хильсум создает другое издательство, которому дает собственное имя. Новое издательство публикует классическую литературу в серии «Гений Франции» («Le Gnie de la France»), а деятельность «Сан Парэй» постепенно угасает. Однако в новом издательском доме и сам Хильсум терпит поражение: уже в 1934 году он вынужден продать серию «Гений Франции» издательству «Галлимар». Таким образом, интенсивная издательская деятельность Хильсума продолжалась около десяти лет.

Среди русских художников, сотрудничавших с издательством, в первую очередь следует выделить Юрия Анненкова, чьи современные, экспрессивные графические работы были близки вкусам основателей «Сан Парэй».

В 1923 году с его иллюстрациями в уменьшенном, по сравнению с оригиналом, формате выходит знаменитая поэма «Двенадцать» А. Блока. 15 нумерованных экземпляров с сочными цинкографиями напечатаны на голландской бумаге с не обрезанными полями. Французский читатель наконец-то познакомился с этим классическим произведением художника, которое он создавал при ближайшем участии автора поэмы. Изломанные линии, искаженное пространство, яркое представление трех главных компонентов — черного вечера, белого снега и сильного ветра — не могли не произвести мощного зрительского и эмоционального впечатления: ощущения катастрофы и неустойчивости мира. Исходящее от этих рисунков затрагивало болевой нерв любого читателя и вписывалось в общие тенденции авангардного искусства.

В 1927 году Анненков создает иллюстрации к «Преступлению в Сан-Франциско» («Crime San-Francisco») Люка Дюртена, выпущенному тиражом в 775 экземпляров. В книге 8 черно-белых оригинальных литографий. Несмотря на сохранившийся новаторский стиль, многофигурность композиций и оригинальные ракурсы городских пейзажей, эту книжную графику замечательного мастера вряд ли можно отнести к его творческим достижениям.

Спустя два года тиражом в 270 экземпляров выходят очерки Луи Шеронне «За городскими стенами» («Extramuros»). В этом издании уже 25 литографий Анненкова — они помещены на отдельных вклейках и по стилю близки предыдущей работе, но выполнены с большей теплотой, что естественно, ибо речь идет о пригородах Парижа, где проживало множество русских эмигрантов.

Однако в целом, конечно, французская книжная графика художника далека от шедевров «Двенадцати» и «Портретов», так и оставшихся вершиной его книжного творчества.

В 1924 году в «Сан Парэй» тиражом в 500 экземпляров выходит сборник стихов русского поэта-имажиниста Александра Кусикова «Песочные часы» («Le sablier»); перевод был сделан Евгением Сидерским, иллюстрации — Виктором Бартом. Это единственное французское издание соратника Есенина и Мариенгофа, который в начале 1930-х годов прекратил заниматься литературной деятельностью. Тонкие, как бы висящие в воздухе рисунки Барта, воспроизведенные в технике цинкографии, подчеркивают хрупкость мира, существующего в поэзии Кусикова.

В 1926 году издательство предложило сотрудничество Наталии Гончаровой, исполнившей 6 офортов к рассказу Жозефа Кесселя «Чай капитана Согуба»; и это едва ли не единственная работа знаменитой художницы в технике офорта. Тираж книги составлял 1260 экземпляров, поэтому ее до сих пор несложно найти на антикварно-букинистическом рынке <…>

La Sirne

В 1917 году крупный парижский банкир Поль Лафит, занимавшийся одно время и художественным кинематографом, решил создать свой собственный издательский дом «La Sirne» («Русалка»). Его первым компаньоном стал Ришар Кантинелли, главный хранитель городской лионской библиотеки.

С самого своего открытия «Русалка» специализируется на библиофильских изданиях. Лафит стремится работать с модными поэтами, выпускает Аполлинера, Кокто, Сандрара, Макса Жакоба, переиздает Бодлера и Лотреамона. В качестве оформителей и иллюстраторов он приглашает известных художников — Луи Буке, Марселя Ру, Кееса Ван Догена, Фернана Леже, Рауля Дюфи.

После Первой мировой войны «Русалка», помимо поэзии, начинает издавать книги о прошедшей войне, о других важных событиях современности. Тогда же Ван Донген и актер и режиссер Фирмин Жемье приступают к выпуску в «Русалке» нот — так открывается отделение «Музыкальная Русалка» («La Sirne musicale»); издательство покупает фонды музыкального издателя Поля Дюпона и открывает нотный магазин. «Музыкальная Русалка» публикует современных композиторов, таких как Эрик Сати, Игорь Стравинский. В это время Поль Лафит входит в административный совет нового издательского общества «Художественная литература» («Les belles lettres»), которое издает в переводах Стивенсона, Джерома К. Джерома, первым во Франции решает выпустить «Улисса» Джойса. Выходят в новом издательстве и книги молодых французских прозаиков, например Клода Анэ.

В 1921 году происходит знаковое для будущих российских библиофилов событие: тиражом в 599 нумерованных экземпляров выпускается библиофильское издание «Сказки о царе Салтане» («Conte de tsar Saltan») А.С.Пушкина в переводе Клода Анэ. Иллюстрации и орнамент были выполнены Наталией Гончаровой. Эти яркие, острые рисунки стали одной из важнейших работ художницы в области книжной графики. Они исполнены добра, они дышат оптимизмом, в отличие от ее дореволюционных, еще российских, графических опытов. Великолепное полиграфическое воплощение (литография и ручная набивка краски по трафарету) усиливает впечатление от работы художницы.

Однако энтузиазм молодого издательского дома был так велик, что очень скоро был растрачен весь первоначальный капитал и у дверей Поля Лафита уже толпились кредиторы. Зимой 1923 года издатель Жорж Кресс предлагает «Русалке» помощь: издательство может переехать в его помещения, а он частично перекупит фонды. Но смена дирекции душит деятельность издательства, между 1923 и 1930 годами «Русалка» ничего не выпускает. В 1930 году заканчивается контракт с Крессом. Долгов у «Русалки» больше нет, издательство пытается возобновить самостоятельную деятельность — однако безуспешно. Последнее издание «Русалки» — двенадцать томов воспоминаний Казановы, двенадцатый том выходит в 1935-м. В 1937 году фонды «Русалки» выкупает издательство «Книжное дело Ломбарди» («Librairie Lombardi»).