«Елабуга — город Вятской губернии… Картина окрестностей города довольно привлекательна: перед ним раскинуты луга с озерами; с правой стороны видится у впадения реки Тоймы в Каму высокая гора… — налево — обширный сосновый лес; за расстилающимися перед городом лугами, прямо — величественная Кама с быстро бегущими пароходами и баржами, нагруженными хлебом и разными изделиями… Далее, за Камой, виднеются несколько селений Уфимской губернии с церквами, роскошными лугами, засеянными полями, холмами и лесом. Все это составляет ландшафт, приятный для глаз.

Если взглянуть на город с Камы, то вид его произведет также приятное впечатление: вы увидите на довольно большой возвышенности набережную города, на которой стоят одна за другою и почти в равном друг от друга расстоянии четыре каменные церкви хорошей архитектуры и тянутся по одной линии с набережной и течением Камы дома большею частию каменные; в числе последних встретите много таких, которые составили бы красу не только уездному, но и губернскому городу».

Древнее городище на Каме

Эпический вид Чертова городища с руинами булгарской крепости неизменно привлекает и будит воображение. Этот выдающийся «культурный ландшафт» давно стал отличительным знаком, своеобразным символом древней елабужской земли. Несомненно, что наши далекие предки обладали безупречным чутьем и при выборе места для крепости и поселения практические соображения умело сочетали с религиозно-эстетическими, тонко ощущали свою взаимосвязь с окружающим миром природы. Раскопки, ведущиеся на городище в последние годы, позволяют на основе археологические материалов оценить — подтвердить или опровергнуть — многочисленные предания о ранних этапах истории этого места, создать научную хронологию заселения Нижнего Прикамья.

Троицкий монастырь и село Трехсвятское

Документально, по архивным материалам история Елабуги прослеживается с середины XVI века, начиная с эпохи покорения Казанского царства Иваном Грозным. В это время на берегу реки Тоймы, в разрушенной крепости Алабуга был основан Троицкий мужской монастырь. Его первым настоятелем, по-видимому, был монах Костромского Богоявленского монастыря Иоанн Зеленый. Троицкий монастырь просуществовал до XVIII века. Рядом с монастырем образовалась слободка, впоследствии получившая название «Подмонастырка».

Вблизи городища находилось и село Трехсвятское, название которого местное предание связывает с иконой трех святителей — Василия Великого, Григория Богослова и Иоанна Златоуста, подаренной Иваном Грозным.

«Судя по документам XVII столетия, дошедшим до нас, с. Трехсвятское было расположено на урочище, называемом Елабугой», — отмечает в своем историческом труде И.В. Шишкин. А известный путешественник академик Н.П. Рычков писал: «В XVII веке Трехсвятское было дворцовым, вотчиной царской семьи; село было укреплено рвом и деревянной стеной, а посреди жительства находилось другое укрепление, служащее замком-кремлем, где располагались соборная церковь, канцелярия и дом управителя. Устройство этой крепости таково: крепость была усилена башнями, у каждой башни внизу ворота с запорами, наверху помещения для стражи и чиновников. Снаружи верх украшался гербом царской России — двуглавым орлом. Башни носили названия дорог — Казанская, Сарапульская, затем Никольская, Луговая, Спасская. В стенах башни имелись бойницы для ружейного дула. В крепости — пушки, копья, ружья, и ее местоположение помогало отражать любое нападение или осаду. Словом, крепость считалась почти неприступною».

Село Трехсвятское было знаменито рыбной ловлей и искусными ремесленниками. Здесь производили ткани домашней выработки, выделывали кожи, изготавливали кожаную и лыковую обувь, предметы быта из дерева, глины, бересты и железа.

Атаман Ермак Тимофеевич с дружиной по пути в Сибирь останавливался в Трехсвятском для пополнения своих припасов.

Емельян Пугачев с двадцатитысячным войском, направляясь в Казань из Ижевска, расположился на Тойминских лугах. По местному преданию, навстречу самозванцу вышла процессия с чтимой иконой «Спаса нерукотворного». Взглянув на икону, самозванец в полном смятении вернулся в свой лагерь. Наутро душегуб невзвидел бела света — он ослеп. Неусыпное покаяние перед Господом позволило вернуть зрение. Однако Пугачев отступил от села, не причинив жителям никакого вреда. Радением прихожан Покровской церкви для той самой иконы Спаса в 2006 году был устроен новый киот.

Губернский город Елабуга

Село Трехсвятское в разное время относилось то к Симбирской, то к Казанской губерниям. В 1780 году в связи с всеобъемлющей губернской реформой, проводимой императрицей Екатериной II, село Трехсвятское переходит в Вятское наместничество и получает статус уездного центра под названием «город Елабуга». 28 мая 1781 года был высочайше утвержден герб уездного города. «В верхней части щита герб Вятский; в золотом поле из облака выходящая рука, держащая натянутый лук со стрелой, а над ней в верхней части щита крест красный. В нижнем — в серебряном поле, сидящий на пне дятел, долбящий оный, ибо там множество сего рода птиц».

«Город Елабуга, при учреждении присутственных мест и преобразовании из села в уездный город, имел 376 домов, жителей в Елабуге насчитывалось 966 человек, которые до открытия наместничества числились дворцовыми крестьянами. Жители занимались земледелием, сплавом хлеба в низовые города. В это время в городе было три церкви — одна каменная и две деревянных… Как в городе, так и в уезде, фабрик и заводов не было, за исключением трех медеплавильных заводов» (Шишкин И.В. История города Елабуги. М., 1871).

Градостроительные реформы Екатерины II вклю-чали и перестройку поселений на основе новых регулярных планов. Живописная застройка, мягко следующая за формами рельефа, должна была уступить место «образцовым» строениям на широких прямолинейных улицах и площадях. Подобный план преобразования Елабуга получила в 1784 году. План высочайше конформирован Екатериной II, имел силу закона и был включен в Свод законов Российской империи. Город становится местом активной торговли, быстро развивается. В 1846 году, в правление Николая I, высочайше утвержден новый регулярный план города. Большой пожар, уничтоживший в 1850 году более 500 строений, почти половину преимущественно деревянного города, «расчистил» место для нового каменного строительства на главных улицах. Вятский губернатор, посетивший Елабугу с ревизией в 1887 году, составил следующее описание: «Вид на город очень красив, так как набережная, южная сторона города, почти сплошь имеет каменные дома и три прекрасной архитектуры каменные церкви: Собор, Никольскую и Покровскую. Кроме указанных, в разных местах города еще шесть православных церквей, одна каменная мечеть. Город при 11000 жителей обоего пола имеет более 120 каменных домов и до 900 деревянных, разного рода магазинов и лавок до 116, из них более 40 каменных; заводов 3, промышленных и ремесленных заведений — 16 и 36 всех видов питейных заведений. Улицы: Набережная, Миллионная (Б. Покровская) и Казанская, почти сплошь имеющие каменные дома, — вымощены. Другие же улицы только отчасти мощены и есть много немощеных. Тротуары частью каменные, частью деревянные, а задние улицы совсем обходятся без них, так как песчаная почва скоро просыхает и здесь нет обилия грязи».

Центр города выделялся своей представительностью, добротностью и благоустройством. На Набережной улице располагались три каменные церкви, уездная и городская управы; на Казан­ской — почта, казначейство, городское училище, женская гимназия, епархиальное училище. Здесь жили именитые купеческие династии — Стахеевы, Гирбасовы, Ушковы.

Основными местами торговли были Хлебная, Рыбная, Сенная и Соборная (Спасская) площади. У Спасского собора, на месте, где по плану размещались присутственные места, Стахеевыми был построен Гостиный двор. Здесь, на Соборной площади, с 15 по 25 августа, проходила самая большая, Спасская, ярмарка. А зимой, в декабре, Александровская ярмарка разворачивалась у Троицкой церкви.

Жителей купеческого сословия в Елабуге было столько же, сколько в Вятке, причем богатейших купцов 1-й гильдии насчитывалось даже на 8 человек больше, чем в губернском центре.

Благотворители и меценаты

«Этот город славится благотворительностью во всем нашем Отечестве. Мы затрудняемся указать другой такой уездный город, где бы благотворительность проявлялась в таких широких масштабах, как в Елабуге», — отмечали «Вятские епархиальные ведомости» в 1904 году. Огромными средствами распоряжался “Благотворительный граждан И.И. и Д.И. Стахеевых комитет”. На средства Стахеевых в 1864 году были построены здания Казанско-Богородицкого монастыря (уничтожен в 1930-е годы); построены и содержались школы при богадельнях. Реальное училище, открытое в 1878 году, было устроено в основном на средства И.И. Стахеева. Впечатляющее здание Епархиального женского училища было построено 1898–1903 годах Г.Ф. Стахеевой в память об умершем муже В.Г. Стахееве. Щедрое пожертвование в 500 000 рублей, уникальное в истории «духовенства всей Российской империи», было высочайше отмечено пожалованием Глафире Стахеевой золотой медали для ношения на шее на андреевской ленте. Ф.В. Стахеев в 1902 году электрифицировал город и епархиальное училище. Династия купцов Гирбасовых на свои средства построила городское и ремесленные училища, училище для слепых, церковно-приходскую и три земские школы. На средства благотворительного комитета, созданного купцами Черновыми, строились церкви в Казанской и Уфимской губерниях, в Елабуге были построены Троицкая церковь (разрушена в 1930-е годы), Александровский приют для девочек и создан специальный приютский банк для поддержки сирот после выхода из приюта.

Особая нравственная атмосфера создавала предпосылки для появления в этой среде талантливых творцов, значительных личностей. В Елабуге родился писатель Д.И. Стахеев, весьма популярный в 70–90-е годы XIX века, а ныне незаслуженно забытый. Выдающийся художник И.И. Шишкин родился и вырос в Елабуге, в отцовском доме на Набережной улице.

Н.А. Дурова — легендарный герой Отечественной войны 1812 года, известная как «кавалерист-девица», более сорока лет прожила в своем доме в Елабуге.

Продолжатели традиций

На старых фотографиях купеческая Елабуга предстает перед нами как единый архитектурный ансамбль гражданской и культовой архитектуры. За прошедшее столетие многое переменилось, и все-таки в центральной части старой Елабуги своеобразный облик уездного города сохранился до наших дней практически неизменным. Сомасштабная человеку застройка, кресты на главках церквей, декор каменных фасадов, узор кованых оград и решеток, ажурные деревянные наличники сохраняют уют и особую атмосферу русской провинции. Для сохранения этого наследия в 1990 году был создан Елабужский государственный историко-архитектурный и художественный музей-заповедник, а спустя 5 лет он был признан объектом федерального (общероссийского) значения. Территория заповедника составляет 491,5 га, на государственной охране — 209 памятников.

Понятно, что основой бережного сохранения исторического облика является трепетное отношение жителей к родному городу. Ясно и другое, без понимания важности этой сферы руководителями города, без их стремления искать и находить новые методы реконструкции исторической среды достижения здесь были бы невозможны. Принципиальная позиция главы администрации Елабуги Ильшата Гафурова и его сподвижников за­ключается в том, чтобы сделать объекты наследия «точками роста». Необходимо привлекать к ним внимание, вводить в интеллектуальный и духовный мир современного человека и, наконец, сделать центром деловой активности. Как, например, быть со старой малоэтажной застройкой? Городские власти предложили предпринимателям реальные льготы при использовании старинных домов, разумеется, при условии соблюдения всех требований охраны памятников. И желающих инвестировать в исторические здания нашлось немало. Интересные и разнообразные инициативы позволяют городу привлечь гранты, бюджетные средства Республики Татарстан и федеральных органов. Не забыты и славные традиции благотворительности.

Елабуга переживает важный, исторически значимый период своей истории. Отмечая тысячелетие, город смотрит в будущее: в окрестностях Елабуги формируется свободная экономическая зона. На территории 20 кв. км будут созданы особо привлекательные для предпринимательской деятельности условия, и некоторыми крупными зарубежными фирмами уже приняты решения о размещении здесь новых промышленных производств. Успех этих начинаний напрямую зависит от качества среды в местах проживания, их привлекательности и безопасности. В результате бурного развития население города в короткое время может вырасти вдвое и составить порядка 140 тысяч жителей. Появляется и возможность максимально раскрыть историко-культурный потенциал города, провести благоустройство, обновление инженерных коммуникаций, создать новые музейные объекты, развернуть туристическую деятельность. Комплексная программа подготовки к празднованию 1000-летия города практически в равной степени нацелена на реставрацию и реконструкцию и на развитие современной городской инфраструктуры. В течение юбилейного, 2007 года откроются новые подразделения музея-заповедника — историко-археологический комплекс Елабужское городище, художественная галерея им. И.И. Шишкина в здании Уездного казначейства, краеведческий комплекс с интерактивными мастерскими и Музеем-театром-трактиром в доме купца А.Ф. Николаева, Музей уездной медицины им. В.М. Бехтерева в здании земской больницы; также будут построены — приют для людей преклонного возраста, больничный комплекс, центральный стадион, легкоатлетический зал и многие другие объекты.

Дом купца Шишкина, что на набережной

В этом доме на высоком берегу реки Тоймы, на улице Набережная, в городе Елабуге, в семье купца Ивана Васильевича Шишкина 13 января 1832 года родился мальчик, крещенный Иваном. Здесь будущий художник провел детство. Двенадцати лет отроду отец отправил его учиться в Первую Казанскую гимназию; там пробыл он до 1848 года и вышел из 5-го класса. Вернувшись в родной город, «Ваничка был водворен на верхний этаж родительского дома». Уже в то время он много занимался зарисовками с натуры. Иван Васильевич, сам интересовавшийся историей, науками и искусством, поощрял художественные пристрастия сына. С 1852 по 1856 год И. Шишкин прошел все классы Московского училища живописи, ваяния и зодчества и поступил в ученики к профессору С.М. Воробьеву в Академии художеств. Весной 1861 года, после пятилетнего отсутствия, он приезжает домой уже профессиональным художником. Летом он много путешествует, рисует и пишет этюды в окрестностях Елабуги. Пенсионером Академии в 1862 году он продолжает образование в мастерских известных европейских художников: братьев Бено и Франца Адама в Мюнхене; профессора Коллера в Цюрихе, где впервые стал заниматься аквафортом — гравированием на меди крепкой водкой (офортом). В Дюссельдорфе пишет картину «Вид из окрестностей Дюссельдорфа», которая приносит ему в 1865 году звание академика.

Шишкин обратился в Академию за разрешением досрочно, на год раньше положенного срока, вернуться из-за границы. В июне 1865 года он уже был в Елабуге и все лето рисовал виды и делал наброски. Известность и популярность И.И. Шишкина увеличивалась год от году, и с 1870-х годов он по праву считается ведущим российским пейзажистом, очень ценятся любителями его рисунки пером и офорты. Природа малой родины по-прежнему вдохновляет художника: огромный успех у публики имела картина «Мачтовый лес в Вятской губернии» («Сосновый лес»), за картину «Лесная глушь» в 1872 году он получил звание профессора Академии художеств. На 4-й выставке передвижников экспонировалась картина «Рожь», принесшая автору мировую славу, а сама картина стала символическим образом России. Этюды к этой картине И. Шишкин писал в 1877 году на Лекаревском поле около Елабуги. На 24-й Передвижной выставке в 1898 году появилось одно из самых эпических произведений мастера «Афонасовская корабельная роща близ Елабуги». Последнюю свою работу художник хотел назвать «Лесное царство». На холст уже был нанесен рисунок. Смерть застала его у мольберта. «Умер как могучий дуб под ударом набежавшей бури…» — написал современник. Произошло это 20 марта 1898 года. Многие уголки природы «близ Елабуги», которыми вдохновлялся И.И. Шишкин, сохранились до наших дней и стали местами паломничества многочисленных почитателей таланта этого замечательного художника.

Большая семья Шишкиных

В родовом доме Шишкиных с 1960 года располагается мемориальный музей И.И. Шишкина. В начале 1970-х годов внешний и внутренний облик дома был восстановлен, воссоздана обстановка дома второй половины XIX века. На прежние места вернулись картины В. и П. Верещагиных, А. Гине, В. Рязанова — друзей семьи Шишкиных. В эспозиции музея мемориальные вещи — вышивки сестры художника, фисгармония, черный столик, книга «История города Елабуги», написанная отцом художника И.В. Шишкиным, гарнитур из дивана и трех стульев, бамбуковый столик, бронзовые часы, семейные фотографии. В биографическом отделе на втором этаже экспонируются подлинные произведения И.И. Шишкина — 24 живописные и 28 графических работ. Неподалеку от Дома-музея в 1991 году был торжественно открыт памятник И.И. Шишкину.

В течение многих лет сотрудники музея разыскивают по всему миру потомков замечательного пейзажиста. Ими было составлено разветвленное древо рода Шишкиных. На празднование 175-летия со дня рождения Ивана Ивановича в январе 2007 года под кровлей родного дома собрались многочисленные потомки Шишкиных из Сербии, Германии, США, Украины и многих городов России. Некоторые из них впервые приехали в Россию, многие в первый раз получили возможность побывать на родине прославленного предка. Здесь, в Елабуге, они познакомились между собой и в старинном купеческом доме смогли ощутить и тепло тесного семейного круга и подлинную взаимосвязь поколений.

Кавалерист-девица Надежда Дурова в Елабуге

На окраине провинциального городка, в маленьком деревянном домике, в каком обыкновенно проживали мещане или обедневшие купцы, поселился в 1841 году отставной штаб-ротмистр Александр Александров. Жил он одиноко с единственным своим слугою, отставным солдатом Степаном, который ходил за своим барином, как нянька за малым ребенком. Зимой барин носил кавалерийскую бурку, летом «разлетайку, серую офицерскую шинель. Одет был неизменно в офицерский сюртук без эполет, но с «Георгием» в петлице. Вставал очень рано, видимо «в силу привычки прежней военной жизни; да и лай, визг и ворчание целой своры из 7-8 собак давали-таки себя знать». Эта прозаическая жизнь ветерана былых сражений, может быть, и не заслуживала нашего внимания, если бы под именем штаб-ротмистра Александрова не скрывалась легендарная личность. Впрочем, его инкогнито к этому времени было уже раскрыто. И сделал это не кто иной, как Александр Пушкин — издатель журнала «Современник».

В 1836 году он опубликовал со своим предисловием «Записки Н.А. Дуровой, издаваемые А. Пушкиным», где, не спрашивая разрешения и даже не поставив в известность автора, назвал его настоящее имя, отчество и фамилию. Поэт самоуправно раскрыл тайну, много лет тщательно оберегаемую Надеждой Андреевной Дуровой. Этот скандал чуть было не положил конец их отношениям. Пушкину больших трудов стоило убедить Дурову, приехавшую из Елабуги в Санкт-Петербург, принять ее собственное имя для вступления на новое литературное поприще. Поэт считал, что успех издания обеспечен самой личностью автора и необыкновенностью «происшествия», которое «наделало много шуму, породило много толков и произвело сильное впечатление…»

В сентябре 1806 года дочь сарапульского городничего А.В. Дурова, жена чиновника 14-го класса В.С. Чернова, мать малолетнего Ивана Чернова, переодевшись в казачью форму, бежала из дому и пристала к казачьему полку. Выдавая себя за дворянина Пермской губернии Александра Васильевича Соколова, она завербовалась в Коннопольский уланский полк и приняла участие в Прусской кампании 1806–1807 годов. Отец Дуровой обратился к императору Александру I с прошением разыскать и вернуть «сию несчастную» в родительский дом. По высочайшему повелению, не раскрывая инкогнито, со специальным курьером «Соколова» доставили в Санкт-Петербург. Александр I, по просьбе Дуровой, переменил свое первоначальное намерение «наградить и возвратить с честью в дом отцовский» и разрешил ей остаться в армии, повелел именоваться по своему имени — Александровым и приказал зачислить корнетом в Мариупольский гусарский полк. Узнав, что Дурова спасла жизнь офицера на поле боя, наградил ее Георгиевским крестом. Прослужив три года в гусарах, Александр Андреевич Александров был переведен в Литовский уланский полк. В чине подпоручика прошел весь путь русской армии в кампанию Отечественной войны 1812 года. «При селе Бородине» «получил от ядра контузию в ногу». Был произведен в поручики и после оставления Москвы недолгое время служил адъютантом главнокомандующего М.И. Кутузова. После лечения последствий ранения, весной 1813 года, вернулся в армию и участвовал в заграничном походе по Польше и Германии. Прослужив в общей сложности десять лет, в 1816 году в чине штаб-ротмистра вышел в отставку с правом ношения мундира и пенсией в 1000 рублей. Вскоре, однако, захотел снова определиться на службу, но «высочайшего соизволения не последовало».

Вместе с братом Василием Дуровым, получившим назначение городничим, приехал в Елабугу. «От нечего делать, вздумалось мне пересмотреть и прочитать разные лоскутки моих Записок, уцелевших от различных переворотов не всегда покойной жизни. Это занятие, воскресившее в памяти и в душе моей былое, дало мне мысль собрать эти лоскутки и составить из них что-нибудь целое, напечатать». Случайное знакомство Василия Дурова и Александра Пушкина, случившееся в 1829 году на Кавказских минеральных водах, дало счастливый шанс осуществить «литературные затеи» Надежды Дуровой.

Умерла Надежда Андреевна в 1866 году, на 83 году жизни, в своем доме в Елабуге. С воинскими почестями была похоронена на Троицком кладбище. Утраченное в первые годы советской власти место захоронения было найдено, восстановлено и надгробие. Рядом с руинами Троицкой церкви установлен конный монумент, здесь воздаются почести героине, проходят военно-исторические праздники.

В доме на Московской улице с 1993 года — мемориальный музей знаменитой «кавалерист-девицы» Н.А. Дуровой.

Памяти Марины Цветаевой

Поздним вечером 17 августа 1941 года к елабужской пристани причалил теплоход «Чувашская Республика». На берег высадились 13 человек — эвакуированные из Москвы писатели и члены их семей. Среди них были и Марина Ивановна Цветаева с сыном Муром (Георгием Эфроном).

Первоначально москвичей разместили в здании библиотечного техникума, а 20 августа горсовет начал расселять их по квартирам. Цветаева с сыном были распределены в дом Бродельщиковых на ул. Ворошилова, 9. В этот же день они получили привезенный с пристани багаж, а 21 августа прописались по вышеуказанному адресу и переехали.

Цветаева с сыном занимали спальню хозяев — маленькую комнатку в три окна. Комнату отделяет дощатая перегородка без двери, к тому же она не доходит до потолка. Впервые войдя в комнату, Марина Ивановна воскликнула:
— Никуда больше не пойду, здесь останусь...

Теперь необходимо было устроиться на работу. Марина Ивановна хотела преподавать французский язык. Есть версия, что ей предложили быть переводчицей с немецкого в лагере военнопленных. Для нее это было неприемлемо, и она отказалась.

24 августа Марина Ивановна на пароходе отправилась в Чистополь. Там была большая часть эвакуированных писателей. Вечером 26 августа Мур получил телеграмму из Чистополя: «Ищу комнату. Скоро приеду. Целую».

Вернулась Цветаева 28 августа. Вести из Чистополя описаны в дневнике сына: «…прописать обещают. Комнату нужно искать. Работы — для матери предполагается в колхозе вместе с женой и сестрами Асеева, а потом, если выйдет, — судомойкой в открываемой писателями столовой. Для меня — ученик токаря».

На 30 августа был назначен отъезд в Чистополь, но Марина Ивановна уезжать передумала. Знакомые посоветовали ей узнать о работе в совхозе, но и там для нее не оказалось места.

31 августа в Елабуге проводился воскресник: расчищали территорию под аэродром. На работу должны были выйти по одному человеку от каждой семьи елабужан и эвакуированных. От семьи Цветаевых на воскресник пошел Мур, а от семьи Бродельщиковых — хозяйка Анастасия Ивановна. Ее муж Михаил Иванович с шестилетним внуком Павликом рано утром ушли на рыбалку. Марина Ивановна осталась в доме одна.

Вернувшись, хозяйка обнаружила в сенях свою квартирантку…

На кухне остались сковорода с жареной рыбой для сына и три письма.

Сыну:

«Мурлыга, прости меня. Но дальше было бы хуже. Я тяжело больна, это — уже не я. Люблю тебя безумно. Пойми, что я больше не могла жить. Передай папе и Але — если увидишь — что любила их до последней минуты и объясни, что попала в тупик».

Писателю Асееву:

«Дорогой Николай Николаевич! Дорогие сестры Синяковы! Умоляю вас взять Мура к себе в Чистополь — просто взять его в сыновья — и чтобы он учился. Я для него больше ничего не могу и только его гублю. У меня в сумке 450 р. И если постараться распродать все мои вещи. В сундучке несколько рукописных книжек стихов и пачка с оттисками прозы. Поручаю их Вам. Берегите моего дорогого Мура, он очень хрупкого здоровья. Любите как сына — заслуживает. А меня — простите. Не вынесла. МЦ.

Не оставляйте его никогда. Была бы безумно счастлива, если бы жил у вас. Уедете — увезите с собой. Не бросайте!»

К эвакуированным:

«Дорогие товарищи! Не оставьте Мура. Умоляю того из вас, кто сможет, отвезти его в Чистополь к Асееву. Пароходы — страшные, умоляю не отправлять его одного. Помогите ему с багажом — сложить и довезти. В Чистополе надеюсь на распродажу моих вещей. Я хочу, чтобы Мур жил и учился. Со мной он пропадет. Адр. Асеева на конверте. Не похороните живой! Хорошенько проверьте».

Похоронили М.И. Цветаеву 2 сентября 1941 года на городском Петропавловском кладбище.

Сын записал в дневнике: «Долго ждали лошадей, гроб».

Спустя три года Георгий Эфрон погиб на фронте…

В октябре 1960 года Анастасия Ивановна Цветаева безуспешно искала могилу сестры и, не найдя, в южной части кладбища, где хоронили в сорок первом, установила крест с надписью: «В этой стороне кладбища похоронена Марина Ивановна Цветаева. Родилась 26 сент. Ст. ст. 1892 г. в Москве = 31 августа нов. Ст. 1941 г. в Елабуге».

В 1970 году крест заменили гранитным надгробием, а в 1990-м эту могилу освятила Церковь.

Елабужане называют это кладбище Цветаевским.

В день памяти поэта — 31 августа 2002 года состоялось открытие Мемориальной площади; в центре на высоком гранитном постаменте — бронзовый бюст М.И. Цветаевой.

Писатель Л.Б. Либединская, лично знавшая Марину Ивановну, сказала: «Это не памятник смерти, а памятник бессмертия и покаяния за то зло, которое люди причиняли ей на земле вольно или невольно».

В 2003 году был создан Литературный музей М.И. Цветаевой; реконструировано здание и открыта новая экспозиция дома Памяти М.И. Цветаевой. Почетное место в музее занимают личные вещи Цветаевой: чайные ложечки и бумага для записей из Франции, большое блюдо с растительным орнаментом из Германии, камея — подарок отца из Италии, пудреница дочери Ариадны и даже прядь волос самой Марины Ивановны!

Со мной в руке — почти что горстка пыли –
Мои стихи! — я вижу: на ветру
Ты ищещь дом, где родилась я — или
В котором я умру…

Воспоминания внука квартирных хозяев П.С. Волкова и консультации В.М. Головко позволили восстановить исторически достоверную обстановку в доме, атмосферу незримого присутствия Марины Ивановны: на нераспакованных чемоданах — ее берет, на диване — вязаный плед, на комоде — маленькая записная книжечка, обнаруженная в кармане ее передника.

В 2005 году была открыта Библиотека Серебряного века, органично дополнившая Мемориальный комплекс.

В Елабуге каждые два года проводятся Международные Цветаевские чтения. В год 65-летия со дня гибели поэта чтения прошли на теплоходе, повторившем последний маршрут М.И. Цветаевой в августе 1941 года.

Тысячи почитателей поэзии Марины Цветаевой ежегодно посещают Елабугу, чтобы отдать низкий поклон памяти великого русского поэта.

С благословения Патриарха Московского и всея Руси Алексия Второго в день 49-й годовщины кончины в церкви Покрова Божией Матери владыкой Казанским и Татарстанским Анастасием была отпета раба Божия Марина. С тех пор каждый год, 31 августа настоятель церкви — митрофорный протоиерей отец Сергий служит по Марине Цветаевой панихиду.

Хроника археологических исследований Елабужского городища

1769 — академик Н.П. Рычков привел описание городища в «Журнале путешествия»;

1825 — исследования профессора Казанского университета Ф.И. Эрдмана;

1855 — И.И. Шишкин по просьбе К.И. Невоструева составил план городища;

1888 — археолог А.А. Спицын вы­явил квадратное сооружение с четырьмя угловыми башнями; датировал крепость не позднее, чем XIII веком;

1911 — обнаружен клад из 4-х серебряных серег и 17 монетных гривен, передан в Эрмитаж;

1951 — А.П. Смирнов датировал булгарскую военную цитадель X–XI веками;

1958 — Т.А. Хлебникова отнесла культурный слой городища к ананьинскому периоду;

1959 — экспедиция В.Ф. Геннинга собрала материалы раннего железного века, именьковского и булгарского времени;

1971 — С.В. Кузьминых исследовал территорию второго и третьего валов;

1981 — М.М. Кавеев обнаружил керамику домонгольского периода;

1987 — А.Х. Халиков составил обобщенную характеристику: мыс городища был заселен в ананьинский, пьяноборский, именьковский и булгарский периоды;

1991–1992 — К.И. Корепанов выявил фундаменты сооружений внутри крепости, 16 очагов, два детских жертвенных погребения, языческое культовое место ананьинского периода;

1993 — А.Х. Халиков произвел полное обследование белокаменного сооружения; выдвинута гипотеза о древности Елабуги;

с 1994 — исследованиями руководит А.З. Нигамаев;

1994 — обнаружено захоронение с булгарской керамикой;

1997 — раскопки на территории Елабужской школы милиции захоронений золотоордынского периода;

1999 — исследования мусульманского некрополя на ул. Б. Покровская; раскопки центральной части Елабужского городища, датированного X–XI веками;

2001–2003 — исследованы погребения по улицам Тукая и Дуровой;

III некрополь в исторической части города; подтверждено заселение древней Алабуги смешанным тюрко-финским населением на рубеже X–XI веков.