Творчеству известного художника Юрия Николаевича Ларина посвящено прекрасное издание, подготовленное на базе журнала «Наше наследие». Большеформатный том, насчитывающий около 350 страниц, сделан с такой искренней любовью, что каждый читатель получает ее частицу, и даже человек, незнакомый ранее с произведениями своего современника, несомненно останется благодарным за открытие иного взгляда на окружающий мир. Что же говорить о тех, кто давно знает искусство Юрия Ларина и ценит любую возможность вновь встретиться с этим удивительным человеком, истинным Мастером.

Судьба художника заслуживает подробного рассказа. Юрий Николаевич Ларин родился 8 мая 1936 года в семье видного государственного деятеля Николая Ивановича

Бухарина и Анны Михайловны Лариной. После ареста родителей в 1938—1946 годах остался в семье родственников — Бориса Израилевича и Иды Григорьевны Гусман. После ареста Б.И. Гусмана с десятилетнего возраста в 1946—1954 годах воспитывался в детском доме под Сталинградом (Волгоград). В 1956-м, когда А.М. Ларина вернулась из сталинских лагерей, впервые узнал имя своего отца.

В 1958-м окончил Новочеркасский инженерно-мелиоративный институт, работал на строительстве Саратовской ГЭС. В 1960 году, после возвращения в Москву, занимался в Заочном народном университете искусств им. Н.К. Крупской на факультете рисунка и живописи. С 1970-го, после окончания Московского высшего художественно-промышленного училища (б. Строгановского), начал работать как профессиональный художник. В 1970—1986-м преподавал в Московском художественном училище памяти 1905 года. С 1972-го участник московских, российских и всесоюзных выставок. В эти годы упорно работал над созданием собственного формального языка, продумывал теоретическую часть своего художественного метода, позднее названного «концепцией предельного состояния». В 1982 году состоялась первая персональная выставка в Московском драматическом театре им. М.Н. Ермоловой (совместно с Е.Н.Кравченко). Сегодня произведения Юрия Николаевича Ларина есть в собраниях Государственного Русского музея, Государственной Третьяковской галереи, в Саратовском государственном музее им. А.Н. Радищева, в Волгоградском музее изобразительных искусств им. И.И. Машкова, а также в частных коллекциях как в России, так и за рубежом — в США, Великобритании, Германии, Италии, Франции и Болгарии.

Мое знакомство с Ю.Н. Лариным состоялось на одной из его первых персональных выставок в московском Центральном Доме художника в 1989 году. Незабываемое впечатление от увиденного было связано с ощущением нового свободного пространства, распахнувшего стены тесных залов, и света, как будто уничтожившего тень. Небольшие, камерные, на первый взгляд, произведения обладали бесспорной пластической убедительностью и редкой музыкальной гармонией, и многие из них позже стали частью коллекции Государственного Русского музея, неотъемлемой составляющей нашего культурного бытия.

Передо мной книга — зримая биография художника, бережно и внимательно составленная авторами. Емкие, уважительные вступительные слова, раскрывающие сущность философии искусства Ю.Н. Ларина, его «концепции предельного состояния», его непростых взаимоотношений с традициями и поисков своей «цветопластической цельности», принадлежат Маю Митуричу, Дмитрию Смолеву, Александру Рюмину, Елене Муриной, Галине Ельшевской, Ольге Яблонской, Альбине Симоновой. Альбом живописи и графики поделен в соответствии с жанровыми различиями (портрет, обнаженная натура, натюрморт, интерьер и, конечно, пейзаж). Последние страницы отданы Ю.Н. Ларину, его воспоминаниям о детстве и очень важным запискам о собственном творчестве. Включенные материалы из семейного архива дают возможность познакомиться с эпизодами личной жизни, а отменные фотографии, специально выполненные для этого издания, превращают читателя в невидимого собеседника мастера.

Следует с отдельной благодарностью назвать автора проекта Ольгу Максакову (при участии Николая Ларина) и составителей — также Ольгу Максакову и Александра Рюмина, который и разработал дизайнерскую идею всего издания. Именно их глубокое и верное понимание не только особенностей творчества художника, но и его личности, характера, отношения к своему искусству позволило создать книгу, вполне равноценную большой персональной выставке.

Рассматривая альбом, листая его страницы, погружаешься в атмосферу поиска, длительного, трудного, далеко не всегда приводящего к удаче. Здесь нет строгой хронологии, но есть чувство внутренней убежденности в последовательности, логичности следующего шага (живописного мазка, движения кисти, заряженной тушью или акварелью). Поэтому не удивляет возвращение после поздних портретов к ранним рисункам, напротив, еще раз проверяешь себя, правильно ли твое уже сложившееся представление о художнике.

Основной раздел альбома посвящен пейзажу, любимому жанру Ю.Н. Ларина, позволяющему пройти все аналитические искусы и попробовать воспроизвести, по словам художника, «вечный сюжет живописи — конфликт между изобразительностью и музыкальностью». Направления пейзажной географии, возможно, возникали случайно, однако отличительные черты природы Подмосковья и Кавказа, Прибалтики и Болгарии, Германии и Испании разрешали делать все новые изобразительные выводы, становились частью теоретической базы, над которой постоянно размышляет автор. Не случайно Ларин говорит о себе: «Я художник пластической идеи, а не места». В «Записках» раскрывается отношение мастера к окружающему миру, в котором главное — контрасты стихий: моря и земли, земли и неба. Именно здесь он ищет гармонию жизни — в покое и величавости Италии, в грандиозности горного пространства Армении, в человеческой цельности болгарского Созопола. И находит возможность выразить свое первейшее убеждение — «духовное начало в живописи возникает из борьбы цветопластического и изобразительного начал». С этих позиций написаны его лучшие вещи, созданные на Кавказе, в Литве, в Италии.

Для понимания метода работы художника важно еще одно его замечание: «У меня два способа выражения природы: графический и живописный… Работа маслом и акварелью взаимно обогащают. Я часто переношу находки, сделанные в акварели, на холст. Пропуски, незакрашивание холста — это из акварели. Незакрашенные пропуски — часть композиции, как в музыкальном произведении паузы». И альбом построен с учетом тех же ритмов — вдох-выдох, насыщенный колорит чередуется с прозрачностью и минимумом цвета. Пауза, понимаемая как стихия прилива и отлива, хронометра вечного земного круговорота.

Радует полиграфическая безупречность издания, в котором особенно важен правильный выбор бумаги. Немелованная, лишенная отражающего эффекта, она позволяет воспроизвести очень важные для искусства Ларина качества — световую чистоту, тот легкий оттенок тонированной «обойной» бумажной поверхности, которую особенно ценит художник. В лексиконе Ю.Н. Ларина есть замечательное выражение — «музыка цвета», которое он часто использует. Для печатного издания добиться подобной «музыкальности» равно высокому профессионализму. Мне кажется, перед нами именно такая книга.