Поистине, бывают странные сближения. Как-то Адриан Васильевич Рудомино, ученый и писатель, чьи материалы мы неоднократно печатали, принес в редакцию аккуратно переплетенную книгу: «Полное собрание художественных произведений Н.В. Гоголя с биографией, написанной проф. А.И. Кирпичниковым. Издание Т-ва И.Д. Сытина». На первом листе книги типографским способом напечатано: «В память столетия со дня рождения Гоголя — Попечительский Совет Нежинской женской гимназии. Председатель Попечительского Совета П. Кушакевич».

— Эта книга, — сказал Адриан Васильевич, — была подарена моей тёте Марии Николаевне Москаленко, будущей матери С.П. Королёва, и бережно хранится как реликвия в нашей семье, долгие годы жившей в Нежине. Я очень люблю этот маленький город, много бывал в нём и всегда восхищался его памятниками, зелеными скверами, тихими улочками и, конечно, тем, как хранят здесь память о Гоголе. Моя племянница, профессор-хирург Наталья Сергеевна Королёва, когда работала над своей прекрасной трехтомной биографией отца — С.П. Королёва, подробнейшим образом исследовала наши нежинские корни, связь семьи Москаленко с этим украинским городом, его историю, не чуждую всем, кто любит и знает жизнь и судьбу Н.В. Гоголя.

По просьбе «Нашего наследия» Н.С. Королёва написала о Нежине, а А.В. Рудомино представил для публикации материалы из семейного архива Москаленко-Рудомино-Королёвых.

Детские и юношеские годы Николая Васильевича Гоголя прошли в Нежине — городе моих предков, несколько поколений которых, начиная с XVII века, здесь жили.

В Нежине родилась моя бабушка Мария Николаевна Москаленко, которая очень много рассказывала мне об этом городе, здесь же, в доме дедушки и бабушки — Николая Яковлевича и Марии Матвеевны Москаленко — прошло детство моего отца, будущего Генерального конструктора космических ракет С.П. Королёва.

Хотя Нежин был лишь уездным городом Черниговской губернии, в конце XIX — начале XX века он жил довольно активной жизнью, так как рядом проходила Московско-Киевская железная дорога, а Чернигов довольствовался лишь узкоколейкой. Строительство железной дороги в свое время оживило город. Был построен вокзал, обращенный фасадом к городу, но расположенный по другую сторону железнодорожного полотна, что создавало определенные неудобства для пассажиров, которым приходилось пересекать рельсы. При вокзале открылся ресторан. Люди специально приезжали, чтобы посмотреть паровозную технику, депо и проходящие поезда. Железная дорога поражала четкостью и точностью своей работы: по прибытию и оправлению поездов можно было поверять часы.

От вокзала до центра города было чуть более трех верст. Стоимость проезда этого пути у пароконного извозчика составляла около одного рубля, у одноконного — 30-40 копеек. Частные предприниматели соорудили булыжную мостовую, на которой установили два шлагбаума, — проезжающим извозчикам и другому транспорту приходилось платить 3 копейки за проезд. Но, несмотря на это, все были довольны, так как до сооружения мостовой на дороге к вокзалу стояла такая грязь, что в распутицу можно было проехать только верхом. Автомобильный транспорт появился в Нежине лишь в 1913 году.

В конце XIX века население Нежина достигло тридцати пяти тысяч. В центре города и вблизи него располагались дома с приусадебными участками. В пригородах жили крестьяне и ремесленники. Достаток крестьян был самый разный. Многие имели лошадей, волов и коров, свиней и домашнюю птицу. Помимо огорода около дома у крестьян часто имелись участки пашни за городом. Благодаря им Нежин не нуждался в привозных продуктах. Ремесленники занимались ткачеством, бондарством, кузнечным и столярным делом, сапожничали.

Город имел окружной суд, мужскую и женскую гимназии, ремесленное училище и даже Историко-филологический институт князя Безбородко — бывшую Гимназию высших наук, которую окончил Н.В. Гоголь. Эта гимназия была учреждена двумя братьями: князем Александром Андреевичем Безбородко, который благодаря своим способностям стал при Екатерине II ее первым секретарем, а при Павле I государственным канцлером, и сенатором — графом Ильей Андреевичем Безбородко. Их родовое имение находилось в селе Стольном Черниговской губернии, а на принадлежавших им землях располагались окрестные села Нежинского уезда. В 1799 году, незадолго до смерти, в «Записке для моего духовного завещания» А.А. Безбородко выделил значительную сумму на содержание «богаделен для престарелых и увечных» в городе Нежине. Через шесть лет после смерти брата И.А. Безбородко решил выполнить волю покойного. Большую роль в определении целевого применения капитала сыграл племянник братьев Безбородко — князь Виктор Павлович Кочубей, который воспитывался в доме князя А.А. Безбородко. Он занимал высокие государственные посты при трех императорах: начав при Екатерине II камер-юнкером, при Павле I был действительным тайным советником и вице-канцлером, при Александре I — министром внутренних дел, при Николае I — Председателем Государственного Совета и кабинета министров.

По предложению В.П. Кочубея (в 1805 году) было решено вместо «богаделен, больниц и малых училищ» основать институт, потому что «…Малоросiя университетiв не маε». В том же документе В.П. Кочубей рекомендовал для этой цели город Нежин, так как здесь имелся подходящий большой участок земли с прекрасным парком на берегу реки Остер. 19 июля 1805 года на имя императора Александра I была подана докладная записка с просьбой о разрешении постройки нового учебного заведения в Нежине. При этом граф И.А. Безбородко передавал на постройку деньги брата и участок земли, пообещав также обеспечить строительство лесоматериалами и рабочей силой. 25 июля 1805 года Сенат после получения «высочайшего соизволения» принял постановление об основании в Нежине «Гимназии высших наук Князя Безбородко».

Здание строилось 12 лет (1805–1817). Граф И.А. Безбородко умер, не дождавшись завершения строительства. Довел дело до конца его внук — граф А.Г. Кушелев-Безбородко. Открытие нового учебного заведения, предназначенного для юношей, состоялась 4 сентября 1820 года. Название «Гимназия высших наук Князя Безбородко» оно носило до 1832 года.

Своими учебными планами гимназия напоминала Царскосельский лицей — то же сочетание предметов средней и высшей школы, а по Уставу приравнивалась к университетам. С ее открытием Нежин стал единственным в России уездным городом, умевшим свое высшее учебное заведение. За 12 лет существования гимназии в ней состоялось восемь выпусков. Ее окончили 105 человек и среди них — Николай Васильевич Гоголь. В 1909 году, к 100-летию со дня его рождения, здесь был открыт музей писателя, а на фасаде здания установлена мемориальная доска со словами: «Здесь учился Гоголь с мая 1821 по июнь 1828 г.».

В 1832 году гимназия была преобразована в Физико-математический лицей, готовивший военных инженеров для артиллерии, а в 1840 году — в Юридический лицей. С 1875 года учебное заведение стало называться Историко-филологическим институтом князя Безбородко и готовить учителей для классических гимназий. Обучавшиеся здесь иногородние юноши именовались казеннокоштными студентами. На средства, оставленные князем А.А. Безбородко, их обучали, кормили и одевали, но при этом на обороте выдаваемых дипломов указывалось, что они должны в течение трех лет служить в Министерстве народного просвещения с удержанием расходов за полученное образование. Таким образом, первоначальная благотворительная сумма оказывалась неистраченной.

Институт занимал громадное по тем временам трехэтажное здание, фасад которого украшали двенадцать белых колонн и фамильный герб семьи Безбородко со словами: «Labore et Zello» («Трудом и усердием»). В правом крыле первого этажа находилась администрация института и больница на 6-8 коек со своим фельдшером. В левом крыле располагались графские покои — несколько комнат с картинами и обстановкой начала XIX века. Здесь же находилась Свято-Александровская домовая церковь с колокольней. Ее священники имели академическое образование и преподавали закон божий в гимназии и богословие в институте. На заутрене в пасхальную ночь студенты читали Евангелие. Служба была настолько красивой, что на нее приезжали даже бывшие студенты из других городов. Студенты ходили в церковь по желанию. Гимназисты же были обязаны присутствовать на службе каждое воскресенье. Они стояли в церкви рядами с правой стороны, а гимназистки из женской гимназии — тоже рядами с левой. Справа от алтаря на специальном коврике располагалось начальство — директор института и рядом с ним директор гимназии. На клиросе пел гимназический хор. Служба обычно продолжалась так долго, что гимназистки иногда падали в обморок.

На втором этаже институтского здания находились учебные классы. Здесь был и актовый зал, со стен которого строго глядели портреты российских императоров и императриц в золоченых рамах, а также братьев А.А и И.А. Безбородко и графа А.Г. Кушелева-Безбородко. В этом зале ежегодно устраивались балы, на которые приглашались гимназистки последнего, восьмого класса. На балах играл военный оркестр, а на паркетном полу кружились пары. Эти балы были мечтой всех девочек, в том числе и моей бабушки, и надо же, именно тогда, когда она училась в восьмом классе, бал не состоялся! То был мятежный 1905 год.

В 1845 году, к 25-летию института, тогда еще Юридического лицея, его попечитель граф А.Г. Кушелев-Безбородко подарил подопечному заведению 175 картин русских и зарубежных художников. Эта коллекция стала основой великолепной картинной галереи, также расположившейся на втором этаже.

На третьем этаже находились комнаты казеннокоштных студентов. Те же, кто приходил на занятия из дома, в отличие от них назывались своекоштными. Такими своекоштными студентами были братья Москаленко. Девушек в институте не было. Их начали принимать только после революции 1917 года.

В институте было два факультета: исторический, который в 1910 году окончил старший брат моей бабушки Юрий, и филологический — его в 1912 году окончил младший брат бабушки Василий. Профессорско-преподавательский состав был в основном постоянный, но иногда приезжали читать лекции именитые профессора из Киева. В институте имелась прекрасная библиотека. Настоящим событием стала находка в 1908 году в одной из книг этой библиотеки подлинного письма Н.В. Гоголя.

Моя бабушка и её сестра Анна учились в женской гимназии П.И. Кушакевича на Гоголевской улице (до 1881 года она называлась Мостовой). Гимназистки носили коричневую форму с черным, а по праздникам с белым фартуком. В каждом классе за порядком следила своя классная дама.

Как в мужской, так и в женской гимназиях один-два раза в год устраивались вечера художественной самодеятельности, на которые приглашались гимназисты, студенты, офицеры, а иногда и родители. В гимназии П.И. Кушакевича 15 и 20 марта 1902 года в присутствии членов Гоголевской комиссии проходили так называемые «Гоголевские утра», посвященные 50-летию со дня кончины великого писателя. Сестры Мария и Анна Москаленко, обладавшие способностями и любовью к декламации, прочли отрывки из «Повести о том, как поссорились Иван Иванович с Иваном Никифоровичем» и из «Мертвых душ». Согласно отзыву членов Гоголевской комиссии, «...благодаря тщательной разработке номеров программы, умело составленной членами комиссии по устройству внеклассных чтений, благодаря любви к делу со стороны членов этой комиссии, и особенно преподавательницы Н.О. Шарко, оба “Гоголевских утра” женской гимназии сошли в высшей степени удачно, и юные исполнительницы программы награждались дружными аплодисментами».

На углу Гоголевской и Стефано-Яворской улиц были две лавки: с одной стороны — «Бакалейная торговля Н.Я. Москаленко» — деда моего отца, с другой — «Гастрономическая торговля Н.Г. Лазаренко» — родственника семьи Москаленко. Кстати, оба купца входили в число гласных Нежинской городской Думы, о чем сохранился документ с личными росписями всех членов выборного городского собрания.

Торговали с восьми утра до восьми вечера. В обоих магазинах было по одному приказчику и по два мальчика-помощника. Продавали все необходимое для дома: муку, крупу, чай, сахар, соль, копченую рыбу. В лавке всегда висела тонкая сухая прессованная колбаса, которую делал старый грек. Керосин отпускали с черного хода, чтобы в торговом помещении не было запаха. Алкогольные напитки продавать было нельзя, так как лавки находились рядом с Благовещенским монастырем, а до революции повсеместно действовало положение, запрещавшее продавать спиртные напитки ближе двухсот сажен от церкви. Поэтому и у Москаленко, и у Лазаренко винные погреба были на территории усадеб. Если кто-то приходил за вином, посылали мальчика и он приносил вино из погреба. Торговля велась за наличные деньги и в кредит. Существовали «заборные книжки», в которые записывались проданные продукты, а в конце месяца с покупателями производился расчет.

Усадьба Москаленко находилась в центре Нежина на улице А.Ф. Кушакевича. Напротив дома располагался городской сквер с памятником Н.В. Гоголю работы скульптора П.П. Забилы и высеченными на нем словами писателя: «Определено мне чудной властью озирать жизнь сквозь видный миру смех и незримые, неведомые ему слезы».

Украшением города были старинные церкви и соборы. Своей монументальностью и выигрышным расположением они придавали ему торжественный и представительный вид. Древнейший из них — пятиглавый Николаевский собор в стиле украинского барокко. Постройка его была завершена еще в 1668 году.

Другой памятник архитектуры XVII века — усадьба и церковные строения женского Введенского монастыря. При монастыре находились школа живописи, резьбы по дереву и художественной вышивки, а также гостиница. В ХVIII веке были построены храм Иоанна Богослова и Покровская церковь. В 1704–1716 годах главой русской православной церкви при Петре I митрополитом Стефаном Яворским был создан комплекс мужского Благовещенского монастыря. По завещанию Яворского построили Благовещенский собор этого монастыря в честь победы русских войск под Полтавой в 1709 году. «Отныне, — писал Яворский, — да будет памятник в Нежинском монастыре о победе, Богом дарованной Всероссийскому самодержцу Петру Великому над шведским королем Карлом ХII». Этому монастырю Яворский подарил свою огромную библиотеку редких книг, а перед смертью велел «собор весь малеванием украсить», то есть расписать его, что и было исполнено.

В конце ХVIII века к Благовещенскому монастырю был приписан Ветхо-Рождественский женский монастырь. Он имел большую усадьбу с каменной оградой, церковь и часовню. Монастырь владел конной мельницей и пекарней. Доходной статьей монастыря была двухэтажная гостиница на углу улицы, позднее названной Гоголевской, и центральной площади. Эта гостиница считалась самой аристократической и дорогой. Она была настолько комфортабельной, что богатые холостяки жили там постоянно. Помимо усадьбы в городе монастырь имел церковь и большую сельскохозяйственную ферму в лесу около села Ветхово.

Ветхо-Рождественский монастырь находился на обширной окраине Нежина — Овдиевке, сплошь заселенной казаками. Они имели усадьбы, занимались хлебопашеством и огородничеством. Среди них встречались ремесленники и купцы. У каждого была хата, живописная, побеленная, и свой земельный надел. Когда в 1787 году Екатерина II по пути в Крым проезжала Нежин, ее поразила яркая красота колоритной Овдиевки. Каждая хата, по преданиям, была убрана домоткаными рушниками, цветными узорчатыми половиками и коврами. Все принарядились. Украинская одежда очень красочна, особенно у женщин: юбки из плахт (полотнищ) — узорчатых у молодых и темных у пожилых, сверху — корсетка (безрукавка), по праздникам — бархатная, темная, отороченная ярким кантом с выпуклыми, обычно матово-белыми пуговицами. Все это надевалось поверх домотканой полотняной рубахи с вышитым узором, выступающим внизу из-под юбки, с пышными, сборчатыми, с украинской вышивкой рукавами. Шею украшали монисты (бусы), обычно из семи ниток красных кораллов, по спине у девушек бежали десятки ярких лент. Во времена моей прабабушки у некоторых девушек на нитке висел «дукач» — женское украшение в виде монеты с металлическим бантом. Говорили, что Екатерина II, проезжая Нежин, дарила дукаты (золоточервонцы) со своим изображением, из которых нежинские мастера изготовляли дукачи.

В Нежине было несколько старинных греческих церквей. Наиболее древняя из них — деревянная церковь архистратигов Михаила и Гавриила, построенная в 1690 году и перестроенная в каменную в 1719–1729 годах. При ней действовали греческая библиотека и греческая школа, открытая в 1696 году, кстати, первое учебное заведение в Нежине. Она именовалась школой церкви «греческого братства». Учились в ней в основном дети из греческой колонии. Самой красивой греческой церковью считалась Всехсвятская, построенная в 1696 году. В дальнейшем она неоднократно перестраивалась, последний раз в 1805 году. Церковь украшали четырехъярусная колокольня и серебряный иконостас, иконы были выполнены греческими мастерами. Всехсвятская церковь имела большие подвалы, в которых греки хранили свои товары.

В городе существовало и старинное греческое кладбище Константина и Елены с огромными гранитными надгробиями с надписями на греческом языке и своей греческой церковью, построенной в 1819–1820 годах на средства братьев Анастасия и Николая Зосимов, на освящении которой присутствовал Н.В. Гоголь.

Я несколько раз была в Нежине и каждый раз с волнением ходила по его улицам, стараясь представить себе жизнь города много лет назад. Всякий раз особенно поражал меня нежинский Педагогический институт имени Н.В. Гоголя — бывший Историко-филологический институт князя Безбородко. Прекрасное здание отлично сохранилось и выглядит вполне современно, а ведь оно построено почти два века назад. И уж совсем непостижимо смотрится здесь неутраченная картинная галерея, насчитывающая десятки замечательных полотен.

Как хорошо, что в Нежине сохранились старинные соборы и греческие церкви. Особенно красив Николаевский собор, в котором в 1905 году венчались мои бабушка и дедушка. Во все времена тихий, провинциальный Нежин старался не отставать от жизни центральной России. Город славен памятниками русской и украинской культуры. Здесь жили выдающиеся отечественные деятели — братья Безбородко, В.П. Кочубей, М.К. Заньковецкая и конечно — Николай Васильевич Гоголь. Здесь корни и нашей большой семьи.